Читаем Автопортрет полностью

Ах, ну до чего дитя милое да славное уродилось, вы поглядите только, малюсинькое такое, а какое разумненькое так и хочет мамочке своей дорогой сказать что – то, да тише же, ну что за люди такие, гости эти, ну совсем же не слышно. И перестали бокалы звякать, сафетки шуршать, челюсти жевать, а официанты сновать, дышать перестали не только мамочка дорогая но и папочка с дедушками и бабушками замершими от счастья, гордости, радости всяческой за деточку – внученьку умничку такую. Замер в тиши благоговейной зал банкетный забитый гостями дорогими по случаю торжества такого – тезоименинства братика младшенького деточки умненькой. «Мамочка дорогая…» начала за здравие умничка в тиши залы благоговейно замершей забитой под завязку самую «…если ты не купишь мне игрушку такую какую купила братику, я скажу папе, что ты дяде Роме (тут дядя Рома дернулся не только лицом – телом) пии-сю, так и сказала – протяжно, как клятвено уверяли оставшиеся после побоища в живых немногочисленые свидетели – цилювала. И разверзлись хляби небесные. Бокалы, равно как и вилки с ложками, ножами, челюстями вставными повыпадали кто да что куда с грохотом и лязгом страшным, повалились халдеи там же где и стояли в корчах смеху гомерического, пал промеж них сраженый кулакам пудовым папочки той самой, что «пии-сю цилювала» переменившийся в лице и теле дядя Рома, и началась тута сеча невиданая не только в ЧИНАРЕ, но и во всех ЧИНАРАХ, как клятвенно утверждали выжившие летописцы, разом и сукупно вместе взятых. И всё б оно ничего, всё б оно как всегда, не подрасчитай силы свои супруг багороднейший той самой, что «пии-сю цилювала» вмазавши заодно благоверную да так, что вынесле сердешную мамочку дорогую из залы банкетной ногами вперед. Полиция, пожарный, амбуланс, ой, что было…

От этого тащится любая. При наличии любовного компонента, разумеется. Химии, как доходчиво объясняла одному великовозрастному балбесу одна дама, разбирающаяся в любовных тонкостях. После тебя у меня была взаимная любовная химия с одной персоной и она тащилась в точь как и ты сейчас. Но когда это еще будет… Ты сидишь в пол оборота ко мне. Как и должна сидеть дама сердца рядом с кавалером. Напротив? Тоже неплохо, но тут уже все зависит от стола. Ежели он широченный, то как же добраться до предмета обожания, спрашивается?! Рядом? Тут по всякому, тут некая комбинация переплетённая с преимуществ и недостатков. Иное дело в оборота пол. Тут у тебя под рукой всё, всё, всё!!! И ручки, и ножки, и волосы куда ты зароешься, и аромат тела, который ноздри забьет, шея которой губами коснешься, плечи, которые приобнимешь, глаза в котрых в очередной раз утонешь навсегда… пальцы, вернее кончики самые их, который я нежно покусываю заглядывая в зрачки твои все суживающиеся… Правда, как током бъет? В ответ ты смеживаешь глаза и трешься мне об лицо.

Что за напиток будет этот самый виски! Мучительным и таким же долгим путем проб и ошибок остановились мы таки на SMUGGLER. Разбавляя при этом слегка колой. Вот и сейчас. Само собой свечи. Какое такое может быть общение с дамой сердца при лампе дневного накаливания, спрашивается? Подумать смешно. Музончик важен весьма правильно подобраный. Не орущий как в повелось с пор некоротых в заведениях плебейских, а деликатный, тихий, чуственый… Вот как сейчас, к примеру. У тебя интересная, свинговская манера танцевать, два нелево, три направо… узнаю Одессу маму!

Сегодня у нас суббота. По четвергам – пятницам приветствуются как одиночки обеих полов так и пары, по субботам только пары. Почему бы нам не сходить в МОДЭ, предложил я, и ты с этим согласилась. Действительно, почему бы и нет?

Спускаемся по чему – то винтовому где – то на глубину второго этажа. Уютно, бар, танц площадка, лестница, но уже ведущая вверх по которой переодически подымаются – спускаются пары. На день сегодняшний это лучший свинг бар Буэнос – Айреса. Как – то приходилось заглядывать на огонёк… Тебя я не спрашиваю. Не интересуюсь. Вообще то по жизни чем меньше знаешь о прошлом женщины тем тебе поспокойней потом ворочаться в постели… хотя ты уже столько о себе порасказывала, что думается порой, знаю о тебе больше чем ты сама. Но тебе интересно, я ж по глазам вижу, получится – не получится, да не волнуйся ты так, получится еще как.