Читаем Автомобилеизм полностью


Дорогой профессор!

Великолепно. Я прочел первую главу не отрываясь. Встречаются, конечно, слишком резкие фразы, но я не сомневаюсь, что Вы кое-что смягчите, дабы не задевать чувства верующих. Мы живем в обществе, где Автомобилеизм пустил глубокие корни. А вы сами знаете, как легко заслужить обвинение в неуважении к религии. С наилучшими пожеланиями

Дзандено, издатель


Дорогой Дзандено!

Мне непонятны Ваши опасения. Бесспорно, выдвинутая мною гипотеза отрицает священное происхождение Автомобиля. Но ведь подлинный исследователь не может не делать различия между наукой и верой. Я глубоко уважаю Автомобилеизм и не собираюсь вступать в полемику с церковными властями. Обещаю Вам даже, что смягчу слишком резкие выражения. Но я — профессор Истории Автомобиля, и мой труд не должен искажать историческую правду. Вы сами, дорогой Дзандено, впоследствии убедитесь, что не было никаких оснований для беспокойства. В начале бензинября я Вам пришлю всю рукопись. Таким образом, книга может выйти уже к празднику Дифференциала.

Ну как, Вы довольны?

С неизменным уважением

Тавель


Главе издательства

Глубокоуважаемому синьору Дзандено!

Доводим до Вашего сведения, что книга «История и культ Автомобиля», опубликованная Вашим издательством, подрывает основы Автомобилеизма. Поэтому мы приняли решение подать на Вас в суд за клевету, в соответствии со статьей восьмой автокодекса. С надлежащим почтением

Ассоциация по защите Переднего БампераПеревел с итальянского Л. Вершинин
Перейти на страницу:

Похожие книги

Манхэттенское безумие
Манхэттенское безумие

Сердце Америки – Нью-Йорк, а сердце Нью-Йорка – Манхэттен. Оно бьется круглые сутки, не останавливаясь ни на секунду. Самым причудливым, а зачастую и весьма драматическим образом здесь пересекаются судьбы самых разных людей. И иногда, просто выйдя в магазин за хлебом, можно оказаться свидетелем невероятных событий…Совершенно случайно в Центральном парке Манхэттена встретились пожилой мужчина и молодая женщина. В разговоре выяснилось, что женщина пришла почтить память подруги, погибшей здесь ровно год назад; убийцу так и не поймали. Мужчина предложил ей найти тихое уединенное место, где никто не сможет помешать ее скорби. И получилось так, что они вышли прямо к месту того убийства. Где прошлогодняя история получила совершенно неожиданную развязку, а загадка преступления – ошеломительную разгадку…

Нэнси Пикард , С. Джей Роузен , Ли Чайлд , Томас Х. Кук , Перша Уокер

Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия
Сволочи
Сволочи

Можно, конечно, при желании увидеть в прозе Горчева один только Цинизм и Мат. Но это — при очень большом желании, посещающем обычно неудовлетворенных и несостоявшихся людей. Люди удовлетворенные и состоявшиеся, то есть способные читать хорошую прозу без зависти, увидят в этих рассказах прежде всего буйство фантазии и праздник изобретательности. Горчев придумал Галлюциногенный Гриб над Москвой — излучения и испарения этого гриба заставляют Москвичей думать, что они живут в элитных хоромах, а на самом деле они спят в канавке или под березкой, подложив под голову торбу. Еще Горчев придумал призраки Советских Писателей, которые до сих пор живут в переделкинском пруду, и Телефонного Робота, который слушает все наши разговоры, потому что больше это никому не интересно. Горчев — добрый сказочник и веселый шутник эпохи раннего Апокалипсиса.Кто читает Горчева — освобождается. Плачет и смеется. Умиляется. Весь набор реакций, которых современному человеку уже не даст никакая традиционная литература — а вот такая еще прошибает.

Анатолий Георгиевич Алексин , Владимир Владимирович Кунин , Елена Стриж , Дмитрий Анатольевич Горчев , Дмитрий Горчев

Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Современная русская и зарубежная проза / Самиздат, сетевая литература / Юмор / Юмористическая проза / Книги о войне