Читаем Австриец полностью

— Ты же сама сказала раздеть тебя? — я задержал руки над одной из пуговиц, не понимая, что я сделал не так на этот раз.

— Да, сказала, — Мелита терпеливо объяснила. — Но когда я сказала «раздеть», это значит, что ты должен меня соблазнять, пока снимаешь с меня одежду, а не раздеть меня за полсекунды, как моя нянечка делала, перед тем как положить меня спать. Так, дай сюда твои руки и будешь целовать меня, где скажу, и очень медленно.

Я едва сдержал измученный стон. Это все оказалось куда более сложным и запутанным, чем я когда-либо себе представлял, а мы еще даже до дела не дошли. Однако, когда Мелита накрыла свои груди руками, что держала поверх моих, я всё же решил, что оно того точно стоило.

— Я буду говорить, что делать. Мои руки будут твоими руками, так что просто учись и запоминай, как что делать в следующий раз. Договорились?

Ей можно было даже не спрашивать, потому как я и так уже был готов ради нее на все, а уж тем более после того, как она намекнула, что будет следующий раз. Мелита указала пальцем себе на шею.

— Целуй вот здесь. Не торопись.

Я прикрыл глаза и прижался губами к её нежной коже, вдыхая тонкий аромат её лавандового шампуня и легких духов. Мелита не спеша ласкала её маленькую, округлую грудь, направляя мою руку своей, а другую мою руку завела себе на затылок.

— Пропусти пальцы через волосы. Это так безумно приятно, но к сожалению очень мало мужчин об этом знают. Можешь поцарапать кожу слегка, когда будешь спускаться ниже, к шее. Да, вот так… И продолжай целовать шею… Да, очень хорошо…

Она отклонилась мне в руки, прижимаясь спиной к моей груди, и я почувствовал мурашки на её коже под моими губами. Я принял это как очень хороший знак, когда она застонала едва слышно.

— Теперь можешь закончить расстёгивать мне платье, но опять-таки, делай все медленно и целуй спину тоже.

На этот раз я решил не спешить с оставшимися пуговицами и даже заслужил одобрительный кивок. Мелита наконец повернулась лицом ко мне, лукаво улыбаясь, и я едва сдержал взволнованный вздох при виде её совершенно обнаженной груди. Мое выражение лица меня всё же выдало, судя по тому, что Мелита снова тихо засмеялась, перехватывая мою руку в воздухе.

— Я знаю, тебе не терпится их потрогать, но поверь мне, у тебя будет еще куча времени это сделать в ближайший час. Дай-ка я сначала тебя раздену.

Мелита приподнялась и стянула платье через ноги. Я невольно сглотнул, когда увидел, что на ней было крайне неприличное по всем меркам белье. «Почти как у тех женщин с фотографий Ханнеса», — я подумал, ухмыляясь краем рта.

Мелита села на меня верхом и накрыла мой рот своим, слегка кусаясь в перерывах между влажными поцелуями. Я начал гладить её голые ноги, такую мягкую кожу, горячую под моими пальцами, в то время как она расстёгивала мою рубашку, следуя за пальцами влажными губами. Избавившись от рубашки, Мелита снова взяла мою руку в свою, облизнула кончики моих пальцев и опустила её обратно к себе на грудь.

— Ложись сверху, — скомандовала она, опустилась на постель и потянула меня за плечо. — Так, возвращаясь к твоей любимой части тела. Вот как её нужно правильно трогать.

Улыбаясь самым провоцирующим образом, Мелита начала ласкать свою грудь моей рукой, мягко её массируя, а затем твердо сжала сосок моими пальцами.

— Видишь, какой он стал твердый?

Я кивнул несколько раз, вдруг забыв все слова. Я был настолько заворожен её телом и тем, какие ответные реакции оно во мне вызывало, что решил никогда больше не выпускать Мелиту из постели.

— Поцелуй его. — Она притянула меня за шею к своей груди. — Уже можешь не осторожничать… Вот так, укуси меня слегка…

Я ухмыльнулся, крайне довольный собой, когда в ответ на мои ласки она застонала и выгнула спину. Я переключил внимание на её другую грудь, накрывая её розовый сосок губами и играя с ним языком, когда она уже почти что мурлыкала от удовольствия в моих руках, зарываясь пальцами мне в волосы. Она была права, это действительно было крайне приятно и возбуждающе, когда она царапала кожу своими острыми коготками. Хотя, в этот момент все казалось приятным и возбуждающим.

Я снова нашел её раскрытые влажные губы и поцеловал её еще сильнее, так, что она едва отдышалась, когда я наконец оторвался от нее.

— Я тебе сейчас что-то покажу, что изменит твою жизнь навсегда. — Мелита хитро улыбнулась, слегка оттолкнув меня от себя плечом, чтобы я лег рядом, пока она снимала с себя трусики. В этот момент я вообще забыл, как нужно дышать. — Если будешь делать все, как я тебе скажу, все девушки будут по тебе с ума сходить в будущем. Дай мне твою руку.

Я смотрел, как она направляла мою ладонь вдоль её мягкого, плоского живота все ниже и ниже, не веря в возможность того, что я вот-вот коснусь её в самом из интимных мест, мечты любого подростка, какого я только знал. Мелита с интересом наблюдала за моей реакцией, когда прижала мои пальцы к её нежнейшей, влажной коже между ног — самому прекрасному, что я когда-либо касался в жизни.

— Нравится тебе? — захихикала она над моим голодным видом.