Читаем Авиаархив 2008 01 полностью

В одном из полетов управление взял на себя т. Залевский. Предварительно я закрыл его светонепроницаемым колпаком, который надежно привязал, а т. Байдуков установил режим полета (курс, скорость, высоту и нулевой крен). Не успел я уйти к себе в кабину, как машину стало бросать то вправо, то влево, Залевский закричал Байдукову:

— Егор, бери баранку!

Тот не берет, смеется. Залевский кричит мне:

— Эй, ты, отвяжи, открой колпак!

Я бросился открывать колпак, да не тут-то было — Байдуков запретил это делать. Машина потеряла высоту…

В конце концов Байдуков помог установить режим полета, Залевский сбросил шлем, вытер им свое больше, чем потное лицо и в дальнейшем терпеливо выполнял команды Георгия Филипповича. Все кончилось благополучно, но на земле комбриг стал мне выговаривать:

— Что же ты ослушался своего комбрига? Тебя никто не возьмет с собой!

Мне пришлось шутя ответить:

— Еще вопрос — возьмут ли с собой Вас с такой должностью и такой техникой пилотирования!

— Много ты понимаешь в технике пилотирования!

Но после мы с Адамом Иосифовичем летали дружно, он беспрекословно выполнял все указания штурмана.

Тренировочные полеты были закончены в срок и с хорошими результатами. Надо отметить, что пилотирование самолета и самолетовождение в сложных условиях было в те времена делом очень трудным. Не все летчики водили самолет по курсу, многие придерживались местных ориентиров. К этому времени было построено шесть специально оборудованных самолетов АНТ-6, значительно превосходящих по своим летно-техническим данным все серийные иностранные тяжелые самолеты того времени. Четыре двигателя AM-34 обеспечивали максимальную скорость у земли 245 километров в час и 288 километров в час на расчетной высоте (4300 метров). Запас горючего позволял покрыть путь до 3000 километров. Собственно говоря, это были те же ТБ-3 в пассажирско-транспортном варианте, без вооружения, с мягкими диванами, установленными на месте бомбоотсеков. В пилотских и штурманских кабинах осталось только навигационно-пилотажное оборудование.

В конце июня 1934 года нас, т. е. весь летный состав группы, построили в одном из залов школы специальных служб. Начальник ВВС Я.И. Алкснис объявил:

— Для перелета за границу Правительственной авиационной миссии назначаются шесть экипажей. Командиром первой эскадрильи назначается А.И. Залевский, командиром первого корабля — Г.Ф. Байдуков, штурманом эскадрильи и первого корабля — М.В Беляков, вторым пилотом первого корабля — комэск А.И. Залевский …

Тут выступает Г.Ф. Байдуков и говорит: «Пусть Залевский будет командиром и эскадрильи, и корабля, а вторым пилотом мне его не нужно, не будет слушаться».

Адам Иосифович не выдержал и сказал:

— Егор, что ты говоришь? Ей-богу, буду тебя слушать, возьми.

Командиром второго корабля был назначен летчик Ефимов (из строевой части), вторым пилотом — И.Ф. Петров (НИИ ВВС), штурманом — М.Х. Гордиенко (НИИ ВВС).

Командиром третьего корабля — Леонов (из строевой части), вторым пилотом — Блинов (из строевой части), штурманом — П.И. Перевалов (НИИ ВВС).

Я не предполагал, что буду назначен в экипаж, так как был только инструктором, обеспечивавшим тренировки, но Леонов, которого мы с т. Залевским тренировали, настоял на моем назначении, говоря:

— Дайте мне Перевалова, он нас натренировал, научил. Мы ему верны. Других штурманов мы не возьмем.

На вопрос т. Алксниса, знает ли Перевалов астроориентировку и справится ли, товарищи Стерлигов и Беляков ответили, что знает, справится, и раз летчики просят — пусть летит.

После я в шутку напомнил Адаму Иосифовичу:

— Ну что, кого летчики берут, а кого не берут?

А.И. Залевский

Перелет

После назначения экипажей мы облетали свои корабли и стали конкретно готовиться к перелету Москва — Варшава. К нам приехал представитель Народного комиссариата иностранных дел т. Молочков. Он дал нам советы как вести себя на приемах, вернее — объяснил, как не надо вести себя в порядочном обществе. Тут было все: и стрижка, и бритье, и одежда, и разговоры, и правила поведения за столом.

Что я хорошо запомнил, так это — не надо есть то, что сосед твой не ест, а сосед будет обязательно хозяин — польский офицер. Не знаешь как поступить — делай так, как делают другие. Главное — ешь, что тебе нравится, но по-многу не пей чего не следует.

Повезли нас в пошивочную мастерскую на Большую Грузинскую, примерили обмундирование и костюмы. На дорогу мы получили новое, из хорошего материала обмундирование: саржевую гимнастерку, синее галифе, сапоги, фуражку с черным околышем и красной звездой, коричневые замшевые перчатки; темно-синий френч под галстук, брюки на выпуск, белую рубашку, туфли и пилотку, — чего раньше у нас не было. Сверх того каждый получил прорезиненный коверкотовый плащ, штатский костюм, что какой выбрал, и довольно солидный тяжелый фибровый чемодан.

Перед отлетом съездили в ЦК партии, сдали свои партбилеты.