Читаем Аут полностью

— Так вы имеете в виду полицию? — спросила Масако.

— Не только полицию.

— Тогда кого?

— Скажем так, заинтересованные стороны. Есть люди, которые захотят отомстить.

Масако сразу подумала о неизвестном, но Дзюмондзи, похоже, больше опасался других, тех, кто был связан с жертвой более определенными, профессиональными узами.

— Интересно, за что его убили, — задумчиво обронила она.

— Из-за денег, конечно. Кое-кто очень хотел, чтобы он исчез. Именно исчез. Потому-то им так нужно, чтобы тело не нашли.

Наверное, старик стоил по меньшей мере несколько миллиардов, думала Масако, глядя на обтянутый сухой бесцветной кожей затылок. Если забыть об упомянутых Дзюмондзи «заинтересованных сторонах», то мертвеца можно рассматривать просто как мусор, от которого необходимо избавиться. Мусор, отбросы, естественный побочный продукт человеческой жизнедеятельности. А до мусора никому нет никакого дела, никого не интересует, что там выбросили и кто выбросил. Правда, в таком случае следует согласиться и с тем, что однажды, когда придет время, с тобой могут поступить точно так же.

— Помогите мне снять с него одежду, — тихо сказала она.

— Хорошо, — согласился он.

Масако разрезала в нескольких местах костюм и начала стаскивать его с тела, а так и не пришедший в себя Дзюмондзи запихивал тряпки в пакет.

— У него был бумажник или что-то еще?

— Нет, они все забрали. Нам оставили то, что есть.

— Ну, тогда это и впрямь всего лишь мусор, — пробормотала она себе под нос.

Дзюмондзи удивленно посмотрел на нее, потом нерешительно кивнул.

— Пожалуй, можно и так сказать.

— Поверьте, будет намного легче, если именно так вы и будете его воспринимать.

— Понимаю.

— Кстати, вы получили деньги?

— Да, они у меня с собой. — Он достал из заднего кармана коричневый бумажный пакет. — Здесь ровно шесть миллионов. Я сказал, что мы не возьмемся за дело, пока не получим всю сумму вперед.

— Отлично. А что будет, если, не дай бог, тело все-таки обнаружат?

— Тогда нам придется вернуть все деньги. Но кое-кто окажется в весьма щекотливом положении, и, будьте уверены, они найдут способ посчитаться со мной. — Голос Дзюмондзи дрогнул, словно он лишь сейчас в полной мере осознал всю рискованность предприятия. — Так что давайте будем соблюдать максимальную осторожность.

— Хорошо.

Сняв с тела всю одежду, они положили его в ванну. Дзюмондзи облегченно вздохнул и, вытряхнув из пакета четыре пачки, положил их перед Масако.

— Почему бы вам не взять их сейчас?

Потемневшие, помятые, перехваченные резинками банкноты были совершенно не похожи на те новенькие, напоминающие цветные картинки деньги, которые Масако получила от Яои. Такие она видела и с такими имела дело, когда работала в кредитном союзе. Грязный бизнес — грязные деньги.

Масако посмотрела на панель выставленной из ванной стиральной машины — часы показывали почти двенадцать. Работы оставалось немного. С минуты на минуту должен вернуться с коробками Дзюмондзи. Плечи и бедра ныли, и вообще, в отличие от прошлого раза она чувствовала ужасную усталость. К тому же после смены ей так и не удалось хотя бы немного вздремнуть, и сейчас она хотела только одного: закончить со всем как можно скорее и вытянуться на кровати.

Рядом медленно выпрямилась Йоси. Потянувшись, она хотела, наверное, помассировать затекшую спину, но вдруг замерла с поднятой рукой.

— Вот так дела, даже нос не почешешь без того, чтобы не испачкаться.

— Возьми другую пару перчаток.

— Ну зачем их портить, обойдусь и этими.

— Не глупи. — Масако показала на стопку совершенно новых резиновых перчаток, которые принесла с фабрики. — У нас их более чем достаточно.

— Похоже, Яои все же не придет, — заметила Йоси, стягивая окровавленные перчатки.

— Наверное, не придет, — согласилась Масако. — Я хотела, чтобы она просто посмотрела на все это, хотя бы один раз. Посмотрела и поняла, каково нам пришлось.

— Знаешь, мне иногда кажется, что Яои считает нас более виноватыми, чем себя, хотя и убила собственного мужа. — В ее голосе прозвучало открытое возмущение. — Смотрит на нас сверху вниз, потому что мы сделали это из-за денег, а сама… Мы-то хотя бы никого не убивали. И если уж… — В этот момент в дверь позвонили, и Йоси испуганно вскрикнула. — Кто-то пришел. Должно быть, твой сын.

Масако покачала головой. Нобуки никогда не приходил домой в такое время.

— Думаю, это Дзюмондзи.

— Да, конечно, ты права, — пробормотала, немного успокаиваясь, Йоси.

Посмотрев в «глазок», Масако увидела стоящего перед дверью и с трудом удерживающего перед собой стопку ящиков сообщника. Она помогла ему, и они вместе прошли в ванную.

— Привез, — сказал Дзюмондзи, увидев Йоси.

— И как раз вовремя, — ответила она тем тоном, которым разговаривала с младшими служащими на фабрике.

— Сколько нам нужно? — спросил он.

Масако показала восемь пальцев. «Мусора» оказалось меньше, чем они вначале предполагали, а ящики вместительнее; к тому же Дзюмондзи решил, что голову и одежду, как предметы легче всего поддающиеся идентификации, лучше отвезти самому, а не доверять службе грузовых перевозок.

— Восемь? — удивился он. — Мне кажется, восьми не хватит.