Читаем Атомный конструктор №1 полностью

Владимир Иванович Алферов во всех воспоминаниях о нем предстает перед нами личностью по характеру и манерам непростой, с яркой и богатой биографией. Родившись в 1904 году в Ростове-на-Дону, он в ранней юности окончил школу садоводства и огородничества и сельскохозяйственный техникум в Петроградской губернии, а в 18 лет стал уже курсантом. Высшего военно-морского училища имени Фрунзе в Ленинграде.

Потом он командовал торпедным катером, летал над морями летчиком-наблюдателем, вновь учился и затем преподавал, служил в минно-торпедном НИИ, бывал за границей, писал учебники, был директором торпедостроительного завода в Махачкале, членом правительственных комиссий по перспективам развития военно-морских сил, начальником главка в Наркомате морского флота.

Алферов имел и ум, и энергичную натуру, но как один из руководителей атомных конструкторских работ он уступал Духову во всех отношениях, кроме быстрой реакции и способностей в сфере жесткого администрирования. Задачи же дня требовали высокой инженерной культуры и широкого взгляда на возникающие проблемы при умении внимательно вслушаться в любую идею и оценить ее по достоинству, отбросив или поддержав. А тут Духов подходил больше.

Алферов остался заместителем Главного конструктора, с 1952 по 1955 год был заместителем директора КБ-11 по серийному производству, а затем его перевели в Москву, в министерство.

Ближайшими же помощниками Духова по конструкции непосредственно заряда оставались Николай Александрович Терлецкий и Владимир Федорович Гречишников. Первый — выходец из московского НИИ, имел характер весьма экспансивный. Второй также отличался кипучей энергией и порывистостью. Терлецкий был крепким профессионалом. Гречишников обладал явным инженерным талантом. За плечами Терлецкого была школа НИИ-6, за плечами Гречишникова — школа двигательных КБ заводов танковой промышленности, но также и знаменитое училище имени Баумана.

Итак: Духов, Терлецкий, Гречишников. Тогда это была ведущая зарядная конструкторская «тройка». Однако рядом с ней уже определилась надежная «пристяжная» — Фишман. И сегодня можно не колеблясь сказать, что Давиду Абрамовичу еще раз повезло: в лице своих непосредственных начальников он обрел и товарищей, и воспитателей, и опытных коллег.

Сам Духов — вначале конструктор тяжелых танков серии «ИС», за что и получил первую Золотую Звезду, в итоге стал трижды Героем Социалистического Труда, лауреатом Ленинской премии, трех Сталинских и двух Государственных премий СССР, членом-корреспондентом АН СССР.

Начальник отдела Терлецкий — участник разработки РДС-1, после ее испытания был награжден орденом Ленина и удостоен звания лауреата Сталинской премии. Позднее он получил еще два ордена Ленина и еще дважды стал лауреатом Сталинской премии. Это — не считая ордена Красной Звезды, полученного в 1944 году за оружейные работы времен войны.

Заместитель Терлецкого — Гречишников стал Героем Социалистического Труда за испытание первой советской водородной (термоядерной) бомбы РДС-6с, был лауреатом двух Сталинских премий 1951 и 1953 годов, и Ленинской премии 1958 года.

Эти люди редко носили свои ордена. Хотя они и не были разведчиками, но привлекать к себе внимание им тоже не рекомендовалось — не какими-то официальными инструкциями, конечно, а самой сутью их работы. Но то, что награды Родины приходилось носить в груди, а не на груди, пожалуй, сообщало жизни и работе дополнительную остроту и аромат некнижной романтики.

С НАЧАЛА 1950 года в КБ-11 развернулись работы сразу по двум новым «изделиям». Внешние их обводы и масса по сравнению с РДС-1 стали меньше, хотя наружный радиус сферического заряда химического ВВ — так называемый «К_вв»> остался тем же. «Внутри» же изменялось многое, и это ставило перед конструкторами ряд новых оригинальных проблем. Увы, и здесь не выходит пояснить, что имеется в виду, более конкретно — даже сегодня, через много лет после того, как все давно прошло.

Дело в том, что конструкция ядерного заряда — один из наиболее охраняемых секретов любого ядерного государства. Даже современные межконтинентальные баллистические ракеты ныне описаны в красочных энциклопедиях и справочниках подробно — с внутренними разрезами, с детализацией общей конструкции, конструкции двигательных установок, тех или иных систем. Но ни в одном справочнике вы не найдете мало-мальски точной конструкционной схемы ядерного заряда даже многолетней давности. И это — разумно и верно.

Вернемся, однако, к герою книги и к тому, чем он был занят с начала 50-х годов.

В отделе Терлецкого было тогда четыре группы.

Группа Владимира Федоровича Гречишникова вела общую компоновку заряда и разработку заряда из химического ВВ.

Группа Бориса Акимовича Юрьева разрабатывала узлы из делящихся материалов. Позднее Юрьев стал лауреатом Сталинской премии 1953 года и дважды кавалером ордена Трудового Красного Знамени.