Читаем Атлантида полностью

Одним словом, спор из-за Атлантиды начался еще при жизни автора диалогов и продолжается до настоящего времени. Много приводилось доводов и «за» и «против». По мере развития науки некоторые из них пришлось снять как противоречащие современному уровню знаний, их место занимают все новые и новые, но, несмотря на это, спор не затихает. Однако никто не выступал до сих пор со столь серьезным обвинением, как Аристотель. Даже современные противники рассказа об Атлантиде не упрекают Платона во лжи, разве что повторяют слова Аристотеля, ссылаясь на их автора.

Разрешение спора между Платоном и Аристотелем все еще не утратило принципиального значения для решения научной загадки, имеющей многовековую историю. Поскольку исследования в области естественных наук и до настоящего времени не дают на нее точного ответа, возвратимся к вопросу, не является ли рассказ об Атлантиде плодом фантазии.

Чтобы сегодня, спустя почти две с половиной тысячи лет, занять определенную позицию в споре Платон—Аристотель, следует хотя бы в общих чертах разобраться в отношениях между учеником и наставником.

О Платоне мы уже говорили. Об Аристотеле мы знаем, что он был одним из самых выдающихся ученых древнего мира. Родился он в 384 г. до н. э. в Стагире и умер в 322 г. до н. э. на острове Эвбея. Его талант проявился во многих областях знаний — от логики, математики и физики до географии, астрономии, ботаники и зоологии, от этики до экономики. Он оставил множество трудов, якобы несколько сот, а по некоторым утверждениям даже тысячу, часть которых сохранилась до настоящего времени. Авторитет Аристотеля был неколебим на протяжении ряда столетий. Его учение признавалось церковью и преподавалось в христианских университетах спустя две тысячи лет после смерти своего создателя. В области географии и астрономии на него ссылались еще противники Коперника.

Особый интерес представляют для нас взгляды Аристотеля на возникновение материков и морей. Как уже упоминалось, его доказательства шарообразной формы Земли не потеряли своего значения до сих пор и приводятся в школьных учебниках. Стоит также добавить, что он как бы предчувствовал открытие Америки, утверждая, что между Индией, т. е. известным ему восточным краем Земли, и Столпами Геракла может оказаться какой-то материк.

На протяжении совместной двадцатилетней работы отношения между наставником и учеником во многом оставляли желать лучшего. Возможно, причина этого кроется в разнице возрастов. Когда семнадцатилетний Аристотель поступал в Академию, Платону было уже шестьдесят лет.

Они были разными и по характеру и по темпераменту. Аристотель рано лишился родителей, суровые условия с детства развили в нем трудолюбие, но одновременно и желание выдвинуться любой ценой. Аристотель хотел сиять собственным блеском и превзойти учителя, который заслонял его многие годы. В нем, несомненно, развились зависть и стремление быть выше своего наставника или же отодвинуть его в тень. При расхождении во взглядах последнее сделать легче. Еще древние комментаторы упоминают о некоторых недоразумениях между ними.

Они отличались также и своим происхождением. Платон был представителем старинного рода, аристократом и в первую очередь афинянином. Родина Аристотеля — Стагира — принадлежала Македонии. Его отец был придворным лекарем македонского царя. Македония, по всей вероятности, была ближе сердцу Аристотеля, чем афинская республика. Кстати, известно, что вскоре после смерти Платона он переехал в Македонию и занялся воспитанием будущего царя Александра Македонского. Однако все время пребывания в Афинах (в 335 г. до н. э. он вернулся, чтобы основать Лицей) он не имел афинского гражданства.

Говорят, что причиной разногласий между наставником и учеником были различные философские взгляды, однако не вызывает сомнения, что в данном случае немалую роль играли политические убеждения. Известно ведь, что после падения афинской республики Аристотель принадлежал к кругу приближенных Александра Македонского; когда же после смерти Александра Афины восстановили независимость, он, опасаясь, преследований, бежал на остров Эвбею.

Вследствие этих разногласий Аристотель выступил против идеалистических взглядов Платона и пропагандируемой им политической системы, целью которой было выдвинуть Афины на центральное место среди государств Эллады, в частности против восхваления политических отношений в древних Афинах десять тысяч лет назад и против рассказа о древних героических подвигах афинян. Не исключено, что Платон в этой части своего рассказа несколько «переборщил», слишком подчеркивая влияние идеализированной политической системы на ход борьбы со столь могущественным противником, как Атлантида. Несомненно, однако, что Аристотель воспользовался также слишком сильным аргументом, обвиняя Платона в том, что весь рассказ — а не часть его — представляет собою обычный вымысел, и к тому же вымысел не Солона или египетских жрецов, а самого Платона.