– Вы столько наследили по всему вагону, что вам самое время улететь в другую страну на воздушном шаре, – посоветовал Рейдж, испытующе глядя на Федора.

Зуб тратить время на разговоры не стал.

Вещей в купе не было, хотя Федор прекрасно помнил, что у Бекназарова в голове стояла небольшая спортивная сумка. Карманы также были абсолютно пусты.

– Похоже, тут не две, а три группы работают! – заметил Федор, принимая от Зуба двухлитровую бутыль с минеральной водой, и прямо в коридоре начал поливать себя водой, передергивая плечами от неприятных ощущений.

– Майора капитально почистили, а его вещей и документов на трупах убийц мы не нашли! – задумчиво сказал Зуб, поворачивая Федора спиной к себе. – Как ты ухитрился задницу испачкать?

– Отставить сопли, кап-три! – жестко сказал Федор, растирая бедра, действительно испачканные кровью.

Зуб встрепенулся и, виновато взглянув на Федора, стал вытирать спину вагонным полотенцем.

– Ты сам помоешься или помочь? – спросил Федор.

– Ты прямо как маленького ребенка... Странные существа женщины! Лежала со мной в постели, шептала нежные слова, потом зазвонил мобильный телефон. Лида минуту послушала, положила мобильник и быстро оделась. Когда она успела взять нож? Я лежал и любовался ее телом… Красивая была женщина! – негромко сказал Зуб.

Федор стоял, завороженный словами товарища, впервые в жизни не зная, что ответить.

– Ты прости меня! Лида неправильно повернула голову. Я метил в лоб…

– Все ты правильно сделал. Когда тебе было думать? Если бы не твой бросок, то сейчас мы были бы трупами, – махнул рукой Зуб, понемногу выходя из ступора.

– На войне как на войне! Это, конечно, банально, но правильно. У Лиды были совершенно мертвые глаза! – вспомнил Федор выражение лица проводницы.

– Да видел я все! И глаза видел, и как она начала выбирать слабину курка. Все я заметил, а ничего сделать не мог! На меня ступор напал, как в первом бою. Не могу двинуть ни рукой, ни ногой – все мышцы свело, – быстро сказал Зуб и снова замолчал, не замечая, как Федор вытирает его тело полотенцем.

– Ты взрослый мужик, давно пора отучиться выплескивать эмоции во время боя.

– Какой это бой! Справиться с плохо обученной бабой – большое искусство? Это все от безысходности. От тоски… Не могу поверить, что Лидки больше нет!

– Давай одеваться! – мягко сказал Федор, которому самому захотелось заорать от тоски, злости на себя и на смерть, которая уносит людей по собственному выбору, не спрашивая их согласия.

– Парни, вы что-то заговорились. Через десять минут станция! – напомнил Рейдж о своем существовании.

– Две минуты на сборы! – бодро сказал Федор, глядя, как Зуб медленно одевается.

Достав из кармана зубовской сумки батарейки, Сом незаметно глазами указал Зубу на Рейджа. Тот встряхнул головой и, обняв бизнесмена за плечи, повел его в сторону рабочего тамбура.

Федор пробежался по вагону, распихивая по рундукам батареи.

Поезд сбросил скорость до минимума и медленно подходил к разъезду.

– Смотри! Даже на разъезде стоят парные патрули! – сказал Зуб.

Лица военных были прикованы к проходящему поезду.

– Совсем забыл! – вскинулся Федор, вытаскивая телефон начальника поезда.

– Через три минуты станция! – напомнил Рейдж, складывая документы в сумку.

Открыв дверь, Федор проскочил тамбур и нос к носу столкнулся с проводником – худощавым казахом с веником.

– У тебя есть мобильный телефон? – спросил Федор, машинально поправляя фуражку на голове.

– Так точно, товарищ полковник! – вытянулся проводник, прижимая к боку веник, как автомат.

– Быстро говори номер! – приказал Федор.

– Девятьсот девять – двести сорок один – двадцать два – десять! – бодро отчеканил проводник.

– Через пять минут после отправления со станции беги к начальнику поезда и передай свой телефон. Скажешь, будет звонить полковник! – приказал Федор, круто разворачиваясь на месте. Секунду постояв, не оборачиваясь, приказал: – Принеси бутылку воды!

Сзади хлопнула дверь, показывая, что проводник унесся выполнять приказание.

Два поворота ключа – и боковой ящик в нерабочем тамбуре соседнего вагона открыт. Сунув шприц под грязную рубашку, Федор быстро закрыл дверцу и только успел сделать шаг назад, как появился проводник, держа литровую бутылку минеральной воды.

– Спасибо, друг! – устало сказал Федор, поворачиваясь в сторону выходной двери.

– Служу Советскому Союзу! – вытянулся по стойке «смирно» проводник.

– Вольно!

– Спасибо, полковник! Я сейчас помолодел на сорок лет! – негромко сказал проводник.

– Не вспоминай о прошлом! Его не изменишь! – ответил Федор, открывая дверь.

Глава четырнадцатая

Уже замелькали первые домишки, когда Федор наконец решился. Рванув рычаг экстренного торможения, он открыл дверь и сразу поднял люк.

Вагон затрясло. Спустившись по лестнице, Федор всматривался вперед.

– Я – первый, Рейдж за мной, Зуб – последний! – крикнул он и, выбрав ровное место, прыгнул.

Скорость поезда была невысока, и, пробежав метров десять, Федор остановился.

– Резиденция у нашей фирмы на улице Йикулова, дом номер тридцать четыре, но где находится моя контора, ума не приложу.