Джерри сдавило грудь. Он понимал, что Элиза говорит искренне, но его мозг отказывался верить услышанному.

– Я ещё не могу предсказывать будущее – вот доживу до него и там посмотрю… – сказал он мрачно.

– Конечно… – вздохнула Элиза. – Но я должна была тебя предупредить. Я знаю, что Никки платит за твоё обучение, и ты признателен ей за это. В таких условиях ты просто вынужден работать на неё.

– Мы работаем вместе не из-за этого, – возразил Джерри.

– Может, вопрос финансового долга сейчас не важен для тебя, но он – тот камень, который будет держать тебя в центре Гринвич, даже если ты захочешь уйти оттуда.

– Почему я должен захотеть уйти оттуда? – сердито удивился Джерри.

– Когда владельцем центра окажется не просто Никки, а королева Николь с мужем, каким-нибудь принцем, – медленно сказала Элиза, – тебе там будет трудно работать.

– Опять ты за своё! – рассердился не на шутку Джерри.

– Джерри, это может случиться скорее, чем ты думаешь, – сказала Элиза. – С юными королевами и принцессами часто так…

Мрачное молчание.

– У меня к тебе есть предложение… скорее – просьба… – продолжала Элиза.

– Какое предложение? – буркнул юноша.

– Пожалуйста, не сердись, милый Джерри! – воскликнула Элиза. – Не сердись и не хмурься! Я просто хочу, чтобы ты знал: у меня много денег. На сегодняшний день моё личное состояние, за которое я никому не даю отчёт, около двух миллиардов. Любимая прабабушка надарила… Ты можешь взять у меня сколько нужно денег и расплатиться с Никки.

Джерри хотел возразить, но Элиза предостерегающе подняла руку и добавила:

– У меня одних процентов набегает в год столько, что твой долг – ничтожная сумма для меня. Ничего не прошу, никаких условий не ставлю, ты ничем не будешь мне обязан – это я буду рада, что смогла помочь тебе хоть чем-то…

Девушка говорила с таким искренним чувством, что злость Джерри куда-то испарилась, и он тихо сказал:

– Спасибо за предложение, Элиза, – он, конечно, не собирался у неё одалживаться, но оценил её слова.

– Чудная полянка! – сказала девушка, оглянувшись вокруг. – И солнышко приятное, нежаркое.

Элиза легко поднялась на ноги. Сделала несколько длинных загорелых шагов по лужайке, а потом вдруг сняла футболку и бросила её на траву, оставшись в купальнике.

– Можно, я позагораю рядом?

Что можно ответить на такой вопрос?

Элиза закинула руки за голову и с очаровательной непосредственностью потянулась на солнышке.

– Я тебе нравлюсь? Я – красивая? – вдруг спросила девушка.

Джерри не умел врать:

– Ты не можешь не нравиться, ты – первая красавица Колледжа. Но какое это сейчас имеет значение?

Элиза радостно улыбнулась.

– Мне это важно знать! А будет ли это иметь значение?.. Доживем до будущего, а там посмотрим… – повторила она слова Джерри.

– Я хотел бы поработать, – наконец решился сказать юноша. – У меня много дел, которые надо сделать до завтра…

Элиза резко помрачнела – словно внутри неё выключили свет. Плечи девушки ссутулились, а голова наклонилась. Рыжие волосы потускнели и загородили лицо.

Элиза стояла неподвижно, опустив руки.

Вдруг на землю стали падать крупные прозрачные капли, поблёскивая на солнце. Они летели вниз медленно и часто, разбиваясь и оседая росой на траве.

– Что случилось, Элиза? – вскочил Джерри.

Девушка не отвечала.

Джерри заглянул ей в лицо. Оно было искажено такой мукой, что юноша вздрогнул.

– Элиза?

Слёзы лились беззвучно и беспрерывно.

Джерри взял девушку за плечи и тихонько встряхнул, пытаясь привести в чувство. В ответ Элиза неожиданно прижалась к Джерри и спрятала лицо на его груди. Юноша замер. Девушка всхлипывала и бормотала:

– Джерри… Джерри… я потерялась и не могу себя найти… у меня всё валится из рук…

Рубашка юноши быстро промокала. Отсыревшие слова еле долетали до слуха юноши, но слёзы были красноречивей слов.

– Джерри… ты мне снишься каждую ночь… я просто схожу с ума… я никогда не думала, что это может быть ТАК сильно…

Элиза подняла заплаканное лицо и посмотрела на него с таким отчаянием и такой надеждой, что он почувствовал себя последним негодяем.

Их губы были очень близки. Элиза закрыла глаза и замерла.

Не ответить на такое чувство – это как ударить ребёнка.

Но Джерри сказал:

– Элиза, я люблю Никки!

В его голосе были и боль, и непреклонная решимость.

Девушка вскрикнула, как птица, жестоко раненная на лету, сверкнула заплаканными глазами и, не разбирая дороги, вихрем умчалась в чащу леса – оскорблённая и прекрасная, в облаке огненных волос.

Джерри остался на солнечной тихой полянке один, тяжело переводя дыхание и пытаясь поднять упавшее сердце.

Оранжевая бабочка спикировала на ослепительно-белую футболку, брошенную хозяйкой, вцепилась в неё всеми лапками и, натужно жужжа, как огромный шмель, поднялась в воздух и медленно полетела вслед за Элизой.

– Чёрт! Дьявол! Чёрт! – Джерри был совершенно выбит из колеи.

Забытый лаптоп валялся у камней.

Глава 15

Император северных

В пятницу во время ужина Никки обратилась к Дзинтаре непривычно официально:

– Принцесса Дзинтара, могу я попросить вас представить меня королю Шихину?

Дзинтара вскинула красивые чёрные глаза:

– Когда?