Читаем Астровитянка полностью

– Марс – очень интересная планета! – воскликнул Микиш, энергично потирая руки. – Длительность марсианского дня или сола – двадцать четыре часа тридцать семь минут, а год тянется шестьсот восемьдесят семь дней. Раньше Марс был геологически активен: в северном полушарии много молодых равнин и колоссальных потухших вулканов, высотой до двадцати семи километров. Поверхность планеты прорезана тысячекилометровыми гигантскими каньонами и сотнями высохших речных русел. Завтра вы полетите в один из каньонов и увидите всё своими глазами. А полярный ледник просто великолепен! – вы посетите его послезавтра… Я с удовольствием слетал бы с вами, но у нас начинается двухдневный семинар, собравший космохимиков – исследователей астероидов.

Кудрявая Мона-Олень спросила:

– А зачем исследовать астероиды? По-моему, это такие скучные камни…

Нат так сверкнул глазами, что стало понятно – он не разделяет высказанную точку зрения. Но ответил учёный сдержанно:

– Поговорим об астероидах. Ещё Кеплер заметил значительную пустоту между Марсом и Юпитером и предположил, что там прячется неоткрытая планета. В 1801 году астроном Пиацци открыл здесь маленькую планету Цереру, названную в честь римской богини земледелия и плодородия. Вскоре рядом обнаружили ещё три планеты: Палладу, Юнону и Весту. За последующие двести лет между Марсом и Юпитером было открыто двадцать тысяч астероидов, образующих главный пояс. Всего он содержит около миллиона планеток с размерами более километра и неисчислимое количество более мелких тел.

Нат поднял вверх укоризненный указательный палец.

– Да! Они лишь каменные глыбы, покрытые пылью и обломками. Но! Для геолога каждый астероид – это увлекательная книга об истории Солнечной системы и всей Вселенной. Именно из главного пояса на Землю падают метеориты. Они рождены вместе с Солнечной системой, но содержат и межзвездные крупинки, долго бродившие в космосе. Сквозь атмосферу чаще пробиваются каменные и железокаменные тела. Они представляют собой железную губку, в порах которой находится каменистое вещество или, наоборот, каменистую губку с железным наполнителем. Каменные метеориты часто включают в себя миллиметровые округлые силикатные включения – хондры. Для железных метеоритов характерна красивая кристаллическая видманштеттенова структура, возникшая из-за взаимного прорастания в невесомости двух типов железо-никелевых сплавов. Метеорит рассказывает кристаллическим и изотопным языком о множестве космических тайн, в том числе и о происхождении человечества. И мы усердно учим язык небесных камней.

– А кроме геологов, эти булыжники кому-нибудь интересны? – не унималась Мона.

Зловещая улыбка Ната обнажила дюймовые окровавленные клыки.

– «Булыжник» размером в шестьдесят-восемьдесят метров взорвался в тысяча девятьсот восьмом году на высоте двадцати километров и вошёл в историю как «Тунгусский метеорит». О, это событие вызвало острый интерес у многих! Астероид диаметром в несколько километров упал шестьдесят пять миллионов лет назад в океан возле мексиканского полуострова Юкатан и оставил след в виде ставосьмидесяти-километрового кратера. Выброшенная взрывом пыль так затемнила земную атмосферу, что наступило похолодание, и крупные животные Земли, включая господствующих динозавров, вымерли, освободив дорогу млекопитающим и человеку. Если мы не хотим, чтобы катастрофа уничтожения биосферы повторилась, то нужно внимательно следить за нестабильными орбитами наших беспокойных соседей – комет и астероидов, которые часто пролетают недалеко от Земли… Этим и занимается МарсоИнститут. Вам стало интереснее? – спросил экскурсовод кудрявую школьницу.

Девочка поёжилась, но храбро сказала:

– Немного…

В конце экскурсии учёный подвёл школьников к мраморной доске с двумя десятками фотографий в стандартных рамках. Многие лица на фото улыбались.

– Наука требует самоотверженности. Это учёные и сотрудники МарсоИнститута, которые погибли, выполняя свой научный долг. Наш бюджет скуден, исследовательские корабли изношены… Аварии из-за отказов техники – самая частая причина, по которой гибнут научные экспедиции. Но были и метеоритные удары, и лучевая болезнь… песчаные лавины, падения в трещины…

Никки смотрела на весёлых людей, которых уже не было в живых, и вдруг увидела родителей.

Отец сдержанно улыбался, а мать заразительно смеялась в камеру.

Девушка перестала слышать объяснения Ната. Она медленно подошла вплотную к доске и вгляделась в родные лица. Никки раньше не видела этих фотографий. Они были такие красивые – её мама и папа…

– …так смотрите? Вы их знаете?

Никки не сразу услышала взволнованный голос экскурсовода.

– Это мои родители… – очень тихо сказала девушка, не отводя глаз от фотографий.

Нат Микиш всмотрелся в девушку, побледнел до обморочной синевы и неожиданно крикнул:

– Тобеа!

Взволнованные школьники стали переглядываться и шептаться. А Нат не успокаивался и вопил непонятное:

– Тобеа! ТОБЕА!!!

– Что тебе, Нат? – откуда-то раздался недовольный женский голос. – У меня началась фотометрия двойных троянцев!