Читаем Астровитянка полностью

Кибернасекомое грациозно прошагало первый участок трассы, потом уверенно углубилось в пустыню, обходя опасные дюны. На мелких камнях робот оступался, но достиг каменного хаоса. Джерри направил шестинога в долину между двумя скалами. Робот аккуратно выбирал точки опоры на камнях, пробовал надёжность контакта, переносил тяжесть на передние ноги и продвигался вперёд с впечатляющей для трудного места скоростью.

Зрители, не дыша, следили за плавными движениями робота. Ещё чуть-чуть – и он пройдёт труднейший четвёртый этап, который стал зловещей легендой среди школьников Колледжа. Раздался звонок, означающий, что робот Джерри не уложился в две минуты, но никто не обратил на это внимания. И вот, наконец, последнее движение – и Джеррин насекомый робот плюхается со скалы в воду и тонет, переворачиваясь на спину. Исторический рекорд трассы!

Громкий вопль потряс зал факультета кибернетики. Студенты окружили Джерри и выражали своё восхищение, хлопая его по плечам и дёргая за волосы и длинный нос. Дермюррей призвал всех к порядку и с кислой миной объявил отличную оценку для Джерри.

Киберсобака последнего из десяти коперниканцев выбежала на трассу, быстро допрыгала до груды камней и, завизжав, споткнулась о первый же крупный булыжник. Под громкий гонг результаты приезжих студентов, наконец, отсуммировались и высветились против десяти лучших результатов студентов Колледжа.

В зале раздался громкий вой и возмущённый свист присутствующих эйнштейнианцев: Колледж проигрывал Школе Коперника! Джеррин результат был рекордом дня, но по сумме десяти лучших результатов Колледж отстал – как и предсказывал Робби.

Поразительный факт заставил преподавателей озабоченно зашептаться с директором Миличем, а журналисты, сидящие в первом ряду, стали диктовать срочные сообщения на центральные телеканалы:

– Сенсационный результат соревнования двух школ!

– Студенты знаменитого Колледжа вовсе не супермены на фоне студентов Школы Коперника!

– А не слишком ли раздут авторитет Школы Эйнштейна? Она по-прежнему – самая элитная, но превосходство её студентов в науках поставлено под сомнение школьниками-коперниканцами.

День клонился к вечеру, гонки роботов заканчивались. Сборная коперниканцев продолжала уверенно лидировать.

Вчера Никки дольше всех провозилась с постройкой робота, поэтому и на старт её вызвали в самом конце. Публика с интересом наблюдала, как девушка снимает чехол со своего творения. Но вид её робота вызвал гул недоумения. Простое и длинное – почти метровое – тело робота, состоящее из обычной пластиковой коробки, обрамляли с каждого бока два ряда проволочных ножек – тонких, длинных и причудливо изогнутых.

– Сколько ног у вашего робота, мисс Гринвич? – От стола экзаменаторов раздался голос профессора Дермюррея, ведущего тщательный поножный учет школьных роботов.

– Семьдесят четыре, профессор! – бодро отрапортовала Никки под удивлённый шум публики.

– Опять какие-то шуточки… – прошипел профессор и подошёл к месту старта, где вокруг робота Никки толпились любопытные. Теперь уже и профессор вытаращил глаза на удивительную конструкцию многоножки, ощетинившуюся десятками ножек в каждую сторону.

– Сколько же моторов вы использовали в вашей… конструкции? – спросил ошарашенно профессор.

– Три! – снова отрапортовала Никки.

– Ничего не понимаю… Вы что-нибудь видите в этом бреде? – обратился Дермюррей к профессору Майсофт. Та заинтригованно пожала плечами, разглядывая тонкие ножки робота. По тридцать семь проволочек торчало из боков робота – как оси многоколесной машины; они были расположены в одну линию, и каждая квази-ось заканчивалась не колесом, а делала зигзаг – изгибалась под углом градусов сорок, а потом снова поворачивалась в горизонтальном направлении. В целом получалась своеобразная нога. Но на ней не было суставов!

Джерри присел и с любопытством рассмотрел Никкиного робота сбоку. Зигзаг левой передней ноги был поднят и указывал бы на двенадцать часов, если его спроецировать на циферблат часов. Следующая в линии нога показывала на один час. Фаза каждой последующей изогнутой ножки опережала предыдущую на один час. Первая дюжина ног охватывала целый оборот часовой стрелки. В сумме тридцать семь ног делали три оборота, образуя по три волны с каждой стороны корпуса. Верхняя часть волн была плавная, а нижняя часть, которая упиралась в пол, представляла собой острый гребень.

«Если эти ножки будут вращаться независимо, то они заденут друг друга, им слишком тесно…» – удивился юноша.

– Давайте дадим автору возможность продемонстрировать его изобретение в деле, – нарушил молчание профессор Цортимд из Школы Коперника.