Читаем Астронавт Джонс полностью

Он был рад, что все кончилось довольно легко для него; Монтгомери был намного тяжелее Макса и имел репутацию подлого драчуна. Если это кончилось, поправил он себя. Вряд ли Монтгомери забудет все до утра.

Свет по-прежнему горел в гостиной. Макс забрался в амбар и принялся ждать, сидя на грязном полу, прижавшись спиной к доскам стены. Спустя некоторое время он понял, что ужасно устал. Он решил было поспать в амбаре, но места, чтобы лечь, здесь не было. Макс поднялся и посмотрел на дом.

Свет в гостиной погас, но зато загорелся в спальной; несомненно, они еще не спали. Кто-то прикрыл наружную дверь, однако она не запиралась, так что пробраться в дом не составит труда. Но он боялся, что Монтгомери может услышать его. Его собственная коморка представляла собой сарай, пристроенный к кухне со стороны главной комнаты, напротив спальной, но своей двери у нее не было.

Неважно — Макс уже решил для себя эту проблему, когда, почувствовав себя взрослым, приходил и уходил ночью без разрешения старших. Он прокрался к дому, нашел козлы для пилки дров, поставил их под окном и, забравшись на них, отогнул гвоздь, державший окно. Спустя мгновение он бесшумно влез в комнату. Дверь в главную часть дома была закрыта, но он решил не рисковать и не включать свет. Монтгомери могло прийти в голову выйти в гостиную, где он наверняка увидит полоску света под дверью. Макс тихо разделся и скользнул в кровать.

Сон не приходил. Однажды он чуть было не задремал, но тут же легкий шум разбудил его. Возможно, это была мышь, но на мгновение ему показалось, что у его кровати стоит Монтгомери. С замирающим сердцем он сел на край кровати.

Перед ним стояла проблема: что делать дальше. Нет, не в течение этого часа и даже не завтрашним утром, а во все последующие дни. С самим Монтгомери было все ясно — Макс ни за что не останется с ним даже в одном графстве. Но вот как быть с Моу?

Умирая, отец сказал ему:

— Позаботься о матери, сынок.

Что ж, он так и делал. Каждый год он собирал урожай — еда в доме и немного денег, даже когда дела шли из рук вон плохо.

Но имел ли в виду отец заботиться о мачехе, когда та вновь выйдет замуж? Он никогда не думал об этом. Отец наказал ему заботиться о ней, что он и делал, хотя для этого даже пришлось бросить школу. Но теперь она уже была не миссис Джонс, а миссис Монтгомери. Макс принял решение и поднялся. Оставалось решить, что ему взять с собой. Вещей у него было немного. Пошарив в темноте, он нащупал рюкзак, с которым ходил на охоту, и засунул в него запасную рубашку и носки. Затем он положил круглую логарифмическую линейку астрогатора, доставшуюся ему от дяди Чета, и осколок вулканического стекла, который дядя привез с Луны. Удостоверение личности, зубная щетка, отцовская бритва (которой он пользовался не так уж часто) — вот и все его добро.

Сразу за кроватью у него был тайник. Нащупав расшатанную доску, Макс надавил на нее и стал шарить между стояками, но ничего не обнаружил. Время от времени он откладывал немного денег на черный день, поскольку Моу не умела или не хотела экономить. Несомненно, она обнаружила деньги в один из обысков. Что ж, так или иначе, он должен уходить, просто теперь сделать это будет сложнее.

Макс перевел дыхание. Он должен еще забрать еще книги дяди Чета… Вероятно, они все еще лежали на полке в гостиной рядом со спальней. Но ему надо должен забрать их, даже рискуя столкнуться с Монтгомери.

Он осторожно открыл дверь и остановился, обливаясь потом. Из-под двери спальни все еще пробивалась полоска света; и он просто не мог заставить себя двинуться вперед. До него доносились шепот Монтгомери и хихиканье Моу.

Когда глаза привыкли к темноте, Макс разглядел кучу сковородок и кастрюль, сваленных у входной двери. Несомненно, Монтгомери рассчитывал на возвращение Макса и хотел, чтобы шум свалившейся посуды предупредил его об этом. Макс был рад, что проник в дом через окно.

Разбирать завал не имело смысла, он осторожно двинулся вперед, помня о скрипящей в полу доске. Он почти ничего не видел, но мог действовать на ощупь, а книги были знакомы его пальцам. Осторожно он снял их с полки.

Макс почти уже добрался до своей двери, когда вспомнил о библиотечной книге. По его понятиям кража библиотечной книги, либо невозможность вернуть ее, что в сущности одно и то же, было если уж не смертельным грехом, то позорным проступком. Так он и стоял, обливаясь потом, думая, что делать дальше. Затем он вновь проделал весь путь, обогнув скрипучую доску, но по неосторожности наступив на другую. Он замер, но пара за дверью ничего не услышала. Наконец он добрался до стереовизора и принялся шарить по полке.

Разглядывая книги, Монтгомери нарушил порядок. Теперь Максу приходилось брать их в руки и открывать каждую, чтобы определить название. Нужная ему книга оказалась четвертой по счету.