Читаем Астероид среди мириад звезд (СИ) полностью

Ох, беда. Как же он прекрасен. Эти глаза… Ещё секунда — и она или бросится к нему на шею, или растает, растечется лужицей у него под кроватью.

13 апреля, 1978

Через четыре дня после того, как пасхальные каникулы подошли к своему логичному концу, студенты Хогвартса должны были вернуться обратно в школу. Как и положено, ярко-красный Хогвартс-экспресс стартовал ровно в одиннадцать часов утра, на всех парах отправившись на станцию Хогсмид. По истечении трех часов поездки друзья слизеринцы успели не только отоспаться, но и обменяться последними новостями, а новости, точнее уж сплетни, имелись. Пару дней назад Регулус Блэк, страдающий от бессонницы, ставшей его постоянной ночной гостьей с четвертого курса, решил не дергать бедного Кикимера, обязанного не только выполнять приказы великого семейства Блэк, но и также нести ответственность за прочих домовиков, работающих на его хозяев, — отправился на кухню испить кофе. По случайности, пройдя мимо отцовского кабинета, дверь которого была приоткрыта и так и манила к себе, в воздухе выписывая невидимые буквы, складывающиеся в предложение — «Прислушайся, мальчик, узнаешь много нового», Регулус стал невольным свидетелям разговора между отцом и матерью. Воодушевленная идеей мужа, миссис Блэк, не теряя времени, села за письмо, намереваясь оповестить Фредерика Поттера — опекуна близнецов Поттеров, о возможной помолвке одного из своих сыновей с Викторией Поттер, каждое лето, ровно как и каникулы, проводящей в Блэк-мэноре, с тех пор, как мисс Поттер научилась ходить.

Меж пальцев катая сигару, Орион Блэк удовлетворенно кивал, соглашаясь с женой. Он поглаживал отросшие за лето усы, размышляя о том, как отреагирует Ирма Поттер — родная сестра Фредерика Поттера, а по совместительству мать Флимонта Поттера, — на предложение семьи Блэк. Вальбурга, как свойственно женщине ее статуса, была уверена в том, что леди Поттер не станет отказываться от столь удачного союза ее внучки с одним из наследников дома Блэк. Древний род, корни которого уходили далеко в Средневековую Англию, имел огромное влияние в магическом обществе, являясь правящей династией, входящую в состав Тринадцати. Род Поттеров имел те же привилегии, что и Блэки, и как следствие они находились на одной ступени социальной лестницы. И если Ирма Поттер без упрека согласится поспособствовать браку единственной внучки, то вопрос: «Как отреагирует Фредерик?» — оставался висеть в воздухе. Регулус слышал, как в свою защиту отец говорил о том, что в юном возрасте, когда он учился в Хогвартсе, он с Флимонтом поклялся на крови объединить дома. К двадцати годам дружба двух мужчин сошла на нет, однако клятва, принесенная при трех свидетелях, оставалась нерушимой. Главный вопрос, мучающий Регулуса, заключался в том, кого хотели видеть родители, сватая одного из своих сыновей мисс Поттер, узнавшей о возможном браке от Регулуса, ее лучшего друга.

— Ставлю галеон на Реджи, — сдув прядь со лба, Бартемиус Крауч плюхнулся на диван, потеснив двух подруг.

Пандора и бровью не повела, тактично промолчав, зато Катерина, уткнувшаяся носом в книгу, отвесила другу смачный подзатыльник, вдобавок пнув его в голень. Крауч оскорблено фыркнул, ближе придвинувшись к Пандоре, сверяющейся с новым расписанием старост. Преображенская, пусть и была писаной красавицей, о чем Барти не раз говорил, но имела отвратительный характер, из-за чего не раз отгоняла от себя потенциальных кавалеров.

— А я на Сириуса. — Дверца купе с характерным шумом отъехала в сторону, внутрь пропустив рослого Томаса Розье, принесшего пирожки, купленные у мадам Баклюж. — Налетайте, друзья!

— Грех отказываться от бесплатной буханки хлеба.

С тарелки схватив теплый пирожок, Барти любезно предложил его двум подругам, но согласилась только Пандора, и то из вежливости. Бросив косой взгляд на Катерину, от скуки решившую кемарнуть, слизеринец поднес пирожок к ее лицу, надеясь соблазнить подругу запахом печенных яблок. Преображенская оказалась неумолима. Пообещав выставить друга вон из купе, если он не перестанет вести себя как глупый третьекурсник, девушка с раздраженным вздохом натянула на глаза повязку для сна.

— Где Эйвери с Ноттом?

— Загуляли, — отозвался Томас, присев на край дивана подле подруги. — Ну что, он так и не пришел в себя?

Широкая ухмылка украсила веснушчатое лицо слизеринца. Томас Розье стал вторым по счету человеком, с кем Регулус поделился «тайной», в скором времени обещающей стать сенсацией «Ежедневного пророка».

— Он думает, — неопределенно сказала Виктория, перебирая пряди волос Регулуса, чья голова покоилась на ее коленях.

— О чем же? — смешок слетел с тонких губ Томаса, бросившего заинтересованный взгляд на Бартемиуса, в одиночку расправившегося с пятью пирожками.

— Наверное, — Крауч прочистил горло, стряхнув крошки с мантии, — как втихушку избавиться от конкурента. Я бы на его месте так и поступил, тем более, чтобы наш дружок не натворил, Вики при любом раскладе будет стоять за него горой.

— Думаешь, выбор предков пал на Сириуса?