Читаем Ассистентка полностью

- Я вырос в детском доме, Лия, - вздыхает он. - Я как никто понимаю, каково это быть предоставленным самому себе. Я не хочу, чтобы ты попала в неприятности и наворотила дел. Ты маленькая девочка и тебе, в тяжелый жизненный период, нужна опора.

Какое-то время мы молчим и просто смотрим друг на друга. Не знаю, о чем думает Станислав, но взгляд его невероятно добрый и нежный, такой, что мурашки бегут по коже. Мне до безумия приятна его забота, как будто так и должно быть, но выражение «маленькая девочка» заставляет мое сердце сжиматься и ныть. Почему это звучит так по-детски, так несерьезно, словно мне пять лет.

- Почему вы обращаетесь со мной, как с ребенком? - растерянно спрашиваю я, не отводя взгляда. Произношу эти слова и испытываю странное чувство дежавю, словно бы я их уже говорила и именно Станиславу.

Мужчина неожиданно закашливается кофе, а тонкий стаканчик сплющивается в его руках. Горячее содержимое выплескивается на белоснежную футболку Станислава и попутно заливает руль автомобиля, стекая на пол. Я успеваю лишь тихо ойкнуть, а вот Станислав не сдерживает эмоций.

- Черт, твою мать! Сука, горячо! - рычит сквозь зубы Авдеев, продолжая кашлять и стараясь отлепить вымокшую в горячем кофе ткань от тела. Затем Станислав поворачивается ко мне и с подозрением изучает мое лицо. Он будто что-то ищет, ответ на какой-то неведомый мне вопрос. Но, судя по шумному выдоху, не находит.

- Простите, я не хотела, - извиняюсь я, но самой хочется смеяться. У мужчины настолько растерянный, жалкий, но в то же время сексуальный вид в этой прилипшей к телу футболке, а мне почему-то смешно.

- Ты тут не при чем, - отмахивается Станислав, бросает в ноги лопнувший стакан и, как ни в чем не бывало, мило улыбается. - К слову, при детях я матом не ругаюсь, - бросает на меня загадочный взгляд мужчина и поворачивает ключ зажигания двигателя.

21

Спустя полчаса пути, мы приехали к месту назначения. Выходя из машины, понимаю, что мы недалеко от центра города, но в достаточно старом районе, обветшалые многоэтажки тому подтверждение. Что же такое здесь хочет показать мне Авдеев?

- Идем, - улыбается мужчина и кивает на дверь одного из подъездов.

- Куда мы приехали? - спрашиваю я, следуя за Станиславом.

- Ты сама сказала, что если бы у тебя была возможность жить отдельно — ты бы жила, - спокойно говорит он и открывает передо мной дверь, пропуская вперед. - Так вот, я имею желание и возможность предоставить тебе эту... возможность. Масло масляное, но говорю, как есть.

Останавливаюсь и ошарашенно смотрю на улыбающегося Авдеева.

- Это ваша квартира?

- Нет, одного моего... Ну, скажем, родственника, - мрачнеет Станислав, отводя в сторону тоскливый взгляд, а все мышцы на его теле заметно напрягаются.

Я уже видела такую его реакцию. В тот самый день, когда первый раз вышла на работу и обзванивала спонсоров и искала судей. Когда передала ему листок с двумя записанными именами. Вот точно так же на идеальное лицо Авдеева тогда легла тень, взгляд стал отрешенным и печальным.

Квартира родственника? Звучит странно, ведь Авдеев сам сказал, что вырос в детском доме. Очень хочу узнать о нем побольше, но стесняюсь задать личный вопрос, поэтому молча продолжаю подниматься по лестнице.

Когда я перестала быть бдительной и осторожной? Ведь совсем недавно я бы в панике сбежала прочь, если бы кто-то привез меня в неизвестное место, ни слова не говоря. Когда я стала так наивно и слепо верить малознакомым людям? А вернее, одному...

- Квартира пустует очень давно, ее оставили на мое попечение, чтобы нашел съемщиков, но как-то не срослось, - усмехается Станислав и через еще один лестничный пролет останавливается напротив черной металлической двери.

Мы заходим в маленькую уютную двухкомнатную квартиру. Все очень просто и со вкусом: ремонт, мебель, техника, посуда. Такое ощущение, что здесь недавно кто-то был, убирался, готовил на кухне — ни единой пылинки, выказывающей запустение жилья.

- Здесь очень уютно и красиво, - улыбаюсь я, подходя к балкону, выходящему в сторону дороги и небольшого парка.

- Если тебе здесь нравится — квартира твоя, живи. Согласна? - весело отвечает Станислав и хлопает дверцей шкафа.

Поворачиваюсь на звук и не сразу могу заставить себя отвернуться, хотя краска смущения и приливает мгновенно к лицу. Оказывается Станислав снял испачканную в кофе футболку и на данный момент, повернувшись ко мне боком, усердно ищет в ящиках шкафа во что бы переодеться.

Я снова, как тогда на смотровой площадке, испытываю смесь восторга и стыда. Боюсь быть застуканной за подобным наблюдением, поэтому заставляю себя оторвать взгляд от идеального торса. Успеваю заметить несколько больших, расплывшихся бурыми пятнами по ребрам, синяков. Видимо, фраза «спустили с лестницы» носила не образный характер и от этого становится дурно.

Выравниваю сбившееся от волнения дыхание и перевожу взгляд на проезжающие на улице машины. Вспоминаю заданный Авдеевым вопрос и, собрав волю в кулак, отвечаю:

- Мне пока нечем платить. Возможно, в следующем месяце...