Читаем Асканио полностью

– Ты прав,– ответил Фракассо.– Но, раз он предоставил нам весь риск этого дельца, за что я ему весьма признателен, он должен предоставить нам и всю добычу. Какое, в сущности, право имеет рыжий дьявол присваивать пятьсот золотых– ровно половину добычи? Правда, и пять сотен, которые нам причитаются, неплохая награда.Ведь это приходится по сто двадцать пять экю на брата– сумма знатная, что и говорить! В трудные времена мне случалось убивать человека и за два экю.

– «За два экю»! Пресвятая богоматерь! Да ведь это ремесло только позорить! – воскликнул Маледан. – А знаешь что, приятель, не говори лучше при мне таких вещей, а то, чего доброго, услышит кто-нибудь и сочтет меня таким же оболтусом, как и ты.

– Что ж делать,Маледан. Все в жизни бывает,грустно произнес Фракассо. – Иной раз убил бы, кажется, человека за кусок черствого хлеба! Но вернемся к делу. По-моему, друзья, двести пятьдесят экю вдвое лучше, чем сто двадцать пять. А что, если, укокошив парня, мы прикарманим все денежки и не отдадим этому плуту Марманю ни гроша?

– Брат мой,– наставительно изрек Прокоп,– это значило бы надуть клиента, а в любой работе прежде всего следует быть честным.Я думаю,мы должны поступить так, как было условлено, и отдать виконту все пятьсот экю. Но distinguamus¹! Когда он их получит и убедится,что мы люди честные, я не вижу причин, почему бы нам не напасть на него и не отнять эти деньги.

[¹Оговорим (лат.).] – Вот это здорово! – одобрительно воскликнул Ферранте. – У нашего Прокопа честность всегда сочетается с поразительной изобретательностью.

– Ну это просто потому, что я изучал когда-то законоведение, – скромно заметил Прокоп.

– Не будем, друзья, отвлекаться от дела,обычным для него поучительным тоном заметил Ферранте.– Recte ad terminum eamus¹. Пусть себе виконт мирно почивает в своей мягкой постели!

Его час не настал. Нам предстоит сейчас заняться флорентийским ювелиром. Ради успеха предприятия хозяин желает, чтобы мы прирезали ювелира вчетвером. Собственно говоря, укокошить человека и отобрать у него мошну мог бы и один из нас, но говорят, что богатство – страшное общественное зло, и поэтому лучше, если доход поделят между собой несколько добрых приятелей.

Но только, чур, надо скорехонько отправить его на тот свет – ведь человек, о котором идет речь, умеет постоять за себя. Мы с Фракассо уже убедились в этом. Для большей верности придется наброситься на него всем сразу. Итак, внимание!

Побольше хладнокровия, держите ушки на макушке, глядите в оба и берегитесь его шпаги! Он, как и все эти итальянцы, отлично ею владеет, что и не замедлит вам доказать.

[¹Пойдем прямо к цели (лат.).] – Уж насчет этого можешь не беспокоиться! – презрительно проворчал Маледан. – Я привык ко всяким ударам – и режущего и колющего оружия.

На собственной шкуре испытал их. Как-то раз мне привелось побывать ночью по личному делу в Бурбонском дворце. Я не успел управиться до рассвета и решил дождаться следующей ночи в каком-нибудь укромном уголке. Я подумал, что самое подходящее для этого место – оружейный зал; там была пропасть всякого рыцарского снаряжения и трофеев: шлемы, латы, наручи, щиты, забрала. И все это прилажено одно к одному и установлено на подставках. Ну прямо как настоящие рыцари в доспехах! Напялил я на себя доспехи, опустил забрало и встал на подставку…

– Вот потеха-то! Ну, а дальше?– нетерпеливо перебил Ферранте. – Ведь когда собираешься совершить геройский подвиг, самое лучшеепобольше слушать о доблести других. Продолжай, продолжай же!

– Ну вот, спрятался я, а не знал, что на этих проклятых рыцарских доспехах королевские сынки упражняются в искусстве владеть холодным оружием. Скоро в комнату вошли два дюжих молодца лет по двадцати, взяли по копью и по шпаге и ну лупить по моим доспехам! Хотите верьте, хотите нет, но я так и выдержал все до конца! Я стоял,будто и впрямь был деревянный и меня привинтили к этой дурацкой подставке.Счастье мое, что юнцы оказались не очень-то сильны. Но вот появился папаша и принялся их подзадоривать. Однако до сих пор святой Маледан,мой патрон, которому я все время про себя молился, отводил от меня наиболее опасные удары; но вдруг этот дьявол папаша выхватывает у одного из сынков копье,чтобы показать, как сшибают одним ударом забрало;действительно, забрало отлетело в сторону, и все увидели мое бледное, помертвевшее от страха лицо. «Пропал!» – подумал я.

– Бедняга! – печально произнес Фракассо. – Ты мог погибнуть ни за что.

– Не тут-то было! Увидев мое посиневшее лицо с дико выпученными глазами, эти олухи приняли меня за привидение своего прадеда и удрали, да так прытко, будто сам черт поджаривал им пятки!

Ну, а я?.. Как бы это поскладнее объяснить вам…

Я повернулся к ним спиной и тоже побежал. Но важно-то ведь не это! Надеюсь, вы могли убедиться, что я достаточно вынослив.