Читаем Артемис Фаул полностью

Элфи оделась, застегнула до подбородка молнию на своем тускло-зеленом комбинезоне и закрепила на голове шлем. Нынешние мундиры ЛеППРКОНа куда удобнее, чем прежде. Доисторические костюмчики, которые бойцам этого подразделения некогда приходилось носить, бесследно канули в прошлое. Туфли с пряжками и бриджи, честное слово! Неудивительно, что во всех людских сказках лепреконы выставляются такими дураками. Хотя… А если бы эти вершки вдруг узнали, что на самом деле слово «лепрекон» произошло от названия элитного подразделения ЛеППРКОН (что означает Легион Подземной Полиции, Разведывательный Корпус Особого Назначения)? Что было бы? На лепреконов мигом объявили бы охоту. Нет, зачем привлекать к себе лишнее внимание, пускай там, наверху, и дальше пребывают при своем мнении…

На поверхности уже всходила луна, и времени на завтрак почти не оставалось. На бегу Элфи достала из холодильника бутылочку с крапивным йогуртом и выскочила в туннели. Как обычно, на центральной улице Царил хаос. Летучие спрайты, дальние родственники эльфов, набились чуть ли не до самого потолка туннеля, образовав воздушную пробку. Топающие вразвалку гномы с толстыми, колышущимися задами, перекрывающими сразу две полосы дорожного движения, также вносили свою посильную лепту во всеобщие суматоху и толчею. Из луж поливали отборной бранью жабы-сквернословы. Эта порода появилась на свет в результате чьей-то весьма неумной шутки, а потом размножилась до катастрофических масштабов. За это кое-кто даже лишился своей волшебной палочки.

Элфи с трудом прокладывала себе дорогу к полицейскому участку. У Торгового центра Спада уже вовсю бушевала толпа. Капрал Триттон тщетно пытался навести порядок. Элфи про себя пожелала ему удачи. Кошмар, не повезло парню. Она хоть работает на поверхности.

Вход в полицейский участок Легиона перекрыли манифестанты. Снова банды гномов и гоблинов вели войну за передел территорий, и каждое утро сюда стекались толпы разъяренных родителей, требующих освободить их ни в чем не повинных отпрысков. Элфи фыркнула. Ни в чем не повинный гоблин! Таких Элфи еще не встречала. Гоблины и гномы под завязку забили камеры, где горланили свои блатные песни и швырялись друг в друга шаровыми молниями. Элфи втиснулась в бурлящую толпу.

– А ну пропустите, – прорычала она. – Я на службе.

Зря она это сказала. Безутешные родители тут же набросились на нее, словно мухи на червяка:

– Мой Грампо невиновен!

– Полицейский произвол!

– Передайте, пожалуйста, моему малышу одеяло! Без одеяла мальчик не может спать!

Элфи опустила забрало шлема, сделала его зеркальным и молча принялась пробиваться к участку. А ведь некогда мундир вызывал уважение… Но эти времена давно прошли. Теперь ты – объект для нападок.

– Офицер, извините, куда-то потерялся мой кувшин с бородавками и…

– Прошу прощения, моя кошка забралась на сталактит, не могли бы вы…

А как вам следующее?

– Капитан, вы не подскажете, как пройти к Источнику Вечной Жизни?

Элфи аж передернуло. Только туристов не хватало. У нее своих неприятностей по горло. И даже выше – как ей скоро предстояло узнать.

В приемной полицейского участка знакомый гном-клептоман деловито чистил карманы всех, кто стоял в очереди на прием заявлений. Не миновала эта участь и полицейского, к которому гном был прикован наручниками. Элфи огрела воришку электрошоковой дубинкой. Мощный разряд прижег его кожаные штаны к заднице.

– Теперь ты и тут промышляешь, а, Мульч?

Гном вздрогнул, из его рукавов посыпалось наворованное.

– Начальница, – заскулил он с выражением притворного раскаяния на лице, – ну что я могу поделать? Такая уж у меня натура.

– Конечно, Мульч, понимаю. А вот наша натура требует посадить тебя в камеру лет на двести, на триста.

Она подмигнула полицейскому, доставившему гнома в участок:

– Молодец, не теряешь бдительности.

Эльф вспыхнул и наклонился, чтобы поднять с пола свой бумажник и полицейский значок.

Затаив дыхание, Элфи на цыпочках миновала кабинет начальника в надежде незаметно проскользнуть к себе в закуток.

– МАЛОЙ! А НУ, ЗАЙДИ КО МНЕ!

Элфи вздохнула. Начинается.

Сунув шлем под мышку, Элфи разгладила складки мундира и вошла в кабинет майора.

Лицо Крута было багровым от ярости. Вообще, он обожал устраивать выволочки своим подчиненным, за что и заработал прозвище Хвостокрут. Ну а что касается вечно багровой физиономии – в участке даже принимали ставки на то, сколько осталось майору до сердечного приступа. Ставить на полвека или чуть больше считалось выгоднее всего.

Крут постучал пальцем по луномеру у себя на запястье.

– Ну? – грозно вопросил он. – И который, по-твоему, час?

Элфи почувствовала, что краснеет. Она опоздала меньше чем на минуту. Еще как минимум десять полицейских из ее смены не появились на своих рабочих местах. Но Крут всегда выбирал именно Элфи, чтобы Устроить разнос.

– Центральная улица… – пробормотала она смущенно. – Четыре полосы не работают…

– Жалкие оправдания! – проревел ее начальник. – Вставай на пять минут раньше! Ты не первый раз в большом городе!