Читаем Арсенал эволюции полностью

Случай представился на следующий день, когда пришли забирать Шамана, чтобы продолжить его движение по этапу. Что ж, дело за малым: договориться, чтобы и меня прихватили вместе с другом.

— Слышь, солдатик, ты передай-ка своему командиру, что у него тут двое Великих Пришельцев томятся, — попросил я одного из конвоиров.

— Ух ты! На нашем заговорил! — ухмыльнулся служивый.

— На нашем заговорил, — передразнил я. — Это мой земляк Радзивилл Первый твоих предков-неандертальцев на этом языке разговаривать научил. И мы можем еще кое-что полезное рассказать, если тебе, конечно, хватит мозгов доложить об этом начальству.

Солдатик смотрел на нас с подозрением, потом скептически хмыкнул и вышел наружу. Через десять минут, покрывая руганью окрестности, в бункер заскочил тот мелкий крикун, который упек меня сюда.

— Где вы тут Великих Пришельцев увидели? С ума посходили совсем? Двоих сразу! Сейчас пойдете у меня в степи виноградники выращивать, и если в следующем году на моем столе не будет стоять первосортного вина — никакой Дажбог вам не поможет! Где они — эти, что ли?

Командир от физического и эмоционального перенапряжения вид имел багровый, пыхтел грозно, а кулачки сжимал нервно.

— Да, мы — Великие Пришельцы, — гордо произнес я.

— Тогда я внебрачный сын Ярилы и Девои, — рявкнул начальник.

— Ваша родословная на данный момент нас мало интересует, тем более что сообщать о таком неприемлемом в приличных кругах способе вашего зачатия было вовсе не обязательно.

— Его высокоблагородие намекает на то, что он сын богов, — подобострастно пояснил один из солдат.

— Заткнись! — прервал командир подчиненного.

— Ладно, хватит время терять. Мы на самом деле те, кем себя называем. Доказать несложно.

— Это как же? — прищурился вояка.

— На нас, как и на любых уважающих себя пришельцев, абсолютно не действуют никакие чары, — заявил я.

— А вот это мы сейчас и проверим… — Начальник радостно потирал ручонки. — Позвать сюда полкового волшебника!

Несколько человек одновременно ринулись исполнять приказ, едва не вышибив тяжелые двери.

Знакомая мне процедура прошла без каких-либо накладок. Флегматичный мужичок средних лет в потертом балахоне шарахнул по нам стандартной формулой и лишь пожал плечами, когда вместо пепла увидел живых и здравствующих тех же двоих молодых людей.

— Ну что? — спросил чародея коротышка.

— Что-что? Не действует, — констатировал кудесник, пожал плечами еще раз и направился на выход.

— И что мне теперь с ними делать? Они хоть пришельцы? — вдогонку обратился командир к волшебнику.

Тот лишь повторил свой, видимо, излюбленный жест — пожал плечами.

— И что мне теперь с вами делать? — Начальник переадресовал вопрос нам.

— Как что? Королю везти на смотрины, — подсказал Шаман. — А то гляди, на нас ведь еще и оружие ваше не действует. Глядишь, перебьем вас всех да и уйдем к соседям. А так мы пока добрые.

Я укоризненно глянул на Сашку. Не хватало, чтобы этот коротыш решил проверить, на самом ли деле нас мечом невозможно изрезать. Однако начальник от слов Шамана спохватился и спешно принялся готовить нас к отъезду. Правда, служивые даже вполне учтиво успели напоследок подать нам завтрак, оказавшийся на удивление вкусным и питательным. Вот так бы сразу.

Мы колесили в столицу Казмадского королевства Линкос. Нас везли туда, не подозревая, что на самом деле в наших планах — остановить войну с Мидлонским княжеством, а если бы узнали, как мы собираемся это сделать, — непременно порешили бы на месте. С тех пор как я ввязался в большую игру, затеянную седьмым по счету Радзивиллом, меня не переставало переполнять ощущение участия в чем-то важном и грандиозном. Я чувствовал себя одним из основных звеньев, человеком, всегда находящимся на острие атаки, выполнившим вкупе с остальными посвященными значительный объем работ по достижению общей цели, генератором идей и их же исполнителем. Памятника за это я пока не требовал, но от уважения и хоть какого-нибудь почета не отказался бы. А что в ответ? Наглый поворот князем действий под себя, из-за которого рушится моя личная жизнь и начинает мучить совесть. Проданные влет сокровища кладника пошли, скорее всего, в княжескую казну, на обеспечение работы его людей. После — приказ сунуться одному в самое страшное место на свете без какого-либо прикрытия. При этом никакой благодарности с его стороны. Ощущение дружного движения к общей цели и чувство единения со сплоченным механизмом таяло. Наоборот, было заметно, как эгоистичные руки Радзивилла жестко и единолично правят бал согласно своим понятиям, не размениваясь на мелочи. Хотя себя самого мелочью назвать было трудно, даже глядя субъективно. Как ни крути — полезных для княжества дел я наворотил побольше любого коренного жителя страны. И еще могу, только мотивация слабая. Однако в Линкос мы все же ехали. Ехали, чтобы решить еще одну проблему князя, над которой сам он бился безуспешно. Ехали, чтобы убить короля Ванко.