Читаем Аромат крови полностью

– Может, и проверю, – пообещал Родион. – Но сейчас хочу знать: для чего врете? Кого покрываете?

Барышня удивилась до мокрых глаз.

– Только не надо меня жалобить. Это бесполезно, – сказал ужасно суровый рыцарь сыска. – И врете потом, не было скандала с Масловой. Она предложила вам запасной список конкурса. И платье не бросали, а аккуратно положили за ширмой.

– Как же еще! Что слово горничной против той барыни! Не верите мне…

– Не верю.

– Да почему же?

Нет, страдание красивых женщин трудно переносить. Даже строгому чиновнику полиции.

– А потому, госпожа Волгина, что вы каким-то образом приняли участие в убийстве, – с напором сказал он. – Платье, которое принесли, найдено на трупе женщины… Из зала сразу в кабак побежали?

– Что же, плясать, когда меня так оскорбили?!. А кого убили?

Женское любопытство – верный помощник сыскной полиции. Счастье, что его изобрела природа.

– Некая госпожа Лихачева, – уклончиво сказал Родион.

Новость подействовала неожиданно. Лиза успокоилась, утерла слезки и с довольной улыбкой сказала:

– Сдохла, гадина!

Оценив неожиданный всплеск, Ванзаров спросил: чем же покойная заслужила такую память?

И тут Лизу словно прорвало:

– Сколько горя принесла! Сколько зла натворила… Ну, теперь ей воздастся за все. Верю в это и желаю от всей души… Никогда не прощу, что увела жениха. Ей-то побаловаться, а у меня счастье разрушено. Пусть бы ее выгнали на улицу. Там бы и сдохла. Зачем только согласилась с ней поменяться. Дмитрий Иванович уговорил… Такая работа была интересная, на сцене. А теперь вот в горничных мыкаюсь…

– Служили у господина Орсини? – как мог равнодушно спросил Родион. Хотя логика стремительно плела новые цепи. Прочнее прежних.

– Служила, – печально вздохнула Лиза. – Так хорошо было. На деньги согласилась… Денег накопила, а жениха упустила. После этой гадины на меня и смотреть не хотел… Приворожила, подлюка…

Понять тонкое различие вкуса трудно: обе красавицы. Какой разборчивый господин попался. Но Родион хотел коснуться более важной темы:

– Сданко хорошо знаете?

– Конечно. При мне Дмитрий Иванович его взял.

– Что за человек?

– Славный мальчик. Разумный, честный, понятливый. Но не в моем вкусе. Женщин ниже себя держит.

– Госпожа Лихачева и его завоевала?

Лиза посмотрела прямо:

– Свечку не держала. Но Сданко на кого попало не бросался. У него характер твердый. Говорит: не принято у нас так дома с девушкой обращаться. За это и голову снимут. Завел отношения – женись. Такие они – сербы, правильные.

Следовало резко сменить тему разговора. И Родион постарался:

– Не очень-то довольны нынешним положением?

– Всем довольна и премного благодарна, – ответила горничная, как полагается воспитанной прислуге. – Если б с Иваном Платоновичем беда не случилась… Еще бы лучше жилось.

– А как он умер?

– Сердечный приступ…

– Слышал, господин Агапов утонул в собственной ванне?

– Сердце прихватило, позвать не мог на помощь, так и захлебнулся, бедный, – Лиза смахнула новую слезу.

– Где вы были в это время?

– Послали за чем-то, уж не помню… Долго еще тиранить будете?

– У нас ведь дружеская беседа, – напомнил Родион. – Кто мог желать смерти госпоже Лихачевой?

– Сама бы придушила с великой радостью… И не я одна.

– Кто еще?

– Да все кругом! Вика удержу не знала. Все ей мало было. Хватала любого… Отпустите, Митрич ругаться будет…

Желание дамы – закон для галантного кавалера. Как же иначе. Прощаясь, Ванзаров напомнил, что подозрения не сняты, а лишь отодвинуты. И если госпожа Волгина хочет помочь розыску, пусть подумает на досуге: кого могла так обидеть Вероника, что это стоило ей жизни. А заодно посоветовал не гулять по ночам. Правда, о влюбленном вампире юный чиновник умолчал. Благоразумно.

Подобрав в корзинку петрушку, Лиза оставила участок.

Не прошло и мгновения, как перед столом нарисовался Коля, по-прежнему кипящий энергией.

– Как вы допрос ловко ведете! Я подслушал! – с подкупающей искренностью выпалил он. – Куда теперь прикажете?

Больше всего хотелось отправить мальчишку назад в Литейный участок, пусть там мучаются. Но нельзя же бросить воспитание молодой полицейской смены на полпути. Поборов соблазн, Родион вынул из ящика настоящий нейзильберовый свисток, вложил в дрогнувшую ладонь и приказал:

– Заступаете на слежку за двором «Помпей». Место выберите так, чтоб двор был виден, а вы нет. Лучше всего из окна, что на него глядит. Не вздумайте изображать из себя ловкого филера, этому два года учат, а вы ничего не умеете. На улице торчать не надо – замерзнете и околеете. Ваша матушка меня живьем съест. Проверьте путь быстрого выхода во двор. Если только заметите что-то подозрительное – свистите. Не бойтесь поднять ложную тревогу. Валите все на меня. А будет мало – добавьте личное распоряжение полицеймейстера Вендорфа. Никакого геройства и удали. Ваша задача наблюдать и думать. Думать прежде всего. Вероятность, что убийца повторит фокус, – ничтожна. Но надо быть начеку. От вас требуются только внимательность и терпение. Все ясно?