Читаем Арктический мост полностью

Степан твердо знал, что ветер должен был бигь ему в лицо. Значит, только что упав и снова поднявшись, он потерял ориентировку.

Степан встал лицом к ветру и снова пошел.

Ветер все крепчал. Трепетали волосы и полы одежды, приходилось наклоняться вперед.

Наконец ветер стал ураганным. Он затруднял дыхание, вздымал перед Степаном стену воды.

Но твердо сжимая губы, упорно наклонив голову, шел Степан навстречу ревущей, бьющей в лицо темноте.

Степан не замедлял шага, но никак не мог отделаться от впечатления, что ревущая, наполняющая туннель нестерпимым грохотом лавина надвигалась на него сзади...

Ветер усиливался. Андрей и Кандербль видели, что воздух действительно вырывается из одного отверстия туннеля и уходит в другое.

Он закручивался вихрем перед воздушными шлюзами обоих туннелей; он останавливал воду в одном туннеле и гнал в другой. Ураган почти опрокидывал людей, которые крепко держались за ручки дверей. Но они уже поняли, что это был за ветер.

Только Сэм и Коля еще ничего не знали. Подойти к ним было нельзя, а слов они при реве струй и свистящем ветре все равно услышать не могли.

- Ветер! Ветер! Желанный ураган! Спасительный вихрь!

Надежда и уверенность вселялись в сердца людей. Вода на платформе стала прибывать, подниматься скорее, чем прежде, а люди радовались.

При свете аварийных электрических ламп, питавшихся от специальной аккумуляторной батареи, люди видели, как из трубы, вздымая буруны, вырывалась вода. Вода мчалась из туннеля, словно какая-то сила вытесняла ее оттуда.

- Ура! - крикнул Коля, поняв все, и на мгновение выпрямился.

В следующую секунду струя выломала дверь, сбив Сэма. Коля помог подняться своему товарищу. Не говоря ни слова, они бросились к следующей двери, чтобы удержать хотя бы ее. Вода доходила до пояса и продолжала быстро подниматься.

- Что же будет? - спросил Сэм, опасливо глядя на прибывающую воду.

Но слов его никто не мог услышать. Они заглушались теперь не только шумом воды и воем ветра, - новые звуки наполняли подземный вокзал. Это был глухой, все нарастающий рев.

Люди с надеждой прислушивались к нему.

Рев все приближался. Он грубо врывался в уши, гудел, казалось, в самой голове; он рос с каждой секундой, превращаясь в невообразимый грохот, похожий на канпппду.

И вдруг из наполненного пенящейся водой туннеля вырвался луч прожектора, а следом за ним появилась какая-то огромная масса.

Она засверкала влажным полированным металлом и остановилась, словно подошедший к перрону поезд.

- Ракетный вагон! Ура! - крикнул Коля.

- Мисс Седых! - сказал радостно Кандербль.

- Аня... - прошептал Андрей.

Аня стояла перед ним. Сияющая, сильная, она ласково улыбалась ему, протягивая обе руки. Мимо Андрея из .вагона вихрем вырывались люди с брезентами. Они бросались в ревущие струи, на мгновение скрываясь оод водой. Аня давала короткие отрывистые указания: - Пластыри... Клей... к дверям... Врача... Носилки... Нет, не надо носилок...

Яркий свет прожектора ракетного вагона заливал теперь полузатопленный перрон подземного вокзала. Андрей восторженно смотрел на Аню, явившуюся ему в ослепительном свете и оглушающем грохоте.

Вокруг все смеялись, похлопывая по плечу Андрея, Кандербля, Колю, Сэма.

Андрей, ни на кого не обращая внимания, с силой схватил Аню и привлек ее к груди, И она прижалась к нему, вдруг сразу слабая и нежная. Ему показалось, что не было ничего в жизни: ни разрыва, ни разлуки, ни метеора...

Была одна Аня, прежняя Аня, которую он всегда любил.

Кандербль отвернулся. Отойдя к ракетному вагону, он оперся о его блестящую обшивку, Николай Николаевич подошел к американцу и тронул его за плечо. Инженер попытался улыбнуться.

Некоторое время они простояли молча, потом Волков спросил: - А где же Степан Григорьевич Корпев?

Кандербль нахмурился.

- Почему я его не вижу? - продолжал Николай Николаевич. -В трудную минуту он все же оказался на высоте.

Кандербль вопросительно посмотрел на него.

- Ведь это он сообщил нам о грозящей катастрофе и предложил прислать сюда ракетный вагон. Мы лишь выполнили его план, который, может быть, не пришел бы так скоро в наши головы.

- Мистер Корнейв предложил прислать ракетный вагон? - переспросил Кандербль.

- Да, он просил, чтобы ракетный вагон был послан по левому туннелю. Но где же он?

- Мистер Корнейв ушел в левый туннель, по которому сам прибыл сюда, мрачно произнес Кандербль и отвернулся. - Он пошел к вам навстречу, - глухо добавил он.

Волков посмотрел в лицо подошедшему Ивану Семеновичу Седых. Тот снял мокрую фуражку. Николай Николаевич последовал его примеру.

- Позвольте, - вдруг сказал Волков, - но ведь мы прибыли не по левому туннелю, а нормально - по правому!

Все переглянулись. Седых крякнул и снова надел фуражку.

- Какое счастье, - продолжал Николай Николаевич, - что Степану Корневу не удалось все-таки совершить своей последней ошибки. Теперь он сможет убедиться, что мы умеем и понимать и помогать.

- О'кэй!-сказал Кандербль и направился к Ане и Андрею.

Они держались за руки, возбужденные и веселые.