Читаем Архонт росский полностью

— И все же зачем ему убивать тебя? — вернул Сергей его к начальному вопросу.

— Денег у него не было. Зато поединщиком он был отменным. На своем флоте — лучший. Удивлен, что тебе удалось с ним справиться.

— Мой человек его отвлек, — сказал Сергей. Совсем не обязательно, чтобы Перчик знал его настоящий уровень. — То есть убей он тебя, и деньги бы у него появились?

— Нет, — качнул головой патрикий. — У него появились бы проблемы. Наш род на нас не обрывается. Но кто теперь скажет, что творилось в его голове? Может, думал, что тогда он унаследует имущество и жены, и мое?

— А кто сейчас унаследует вот это? — рука Сергея описала полукруг.

— Я. Других наследников у сестры нет. Придется, правда, заплатить налог и еще немного сверху, чтобы не затягивалось. — И, по-своему поняв вопрос: — Засвидетельствуете, что я сказал, и я в долгу не останусь.

Сергей промолчал.

Так-то это он будет в долгу. Но если патрикий предлагает…

Тем более что долг можно возвращать не только деньгами.

Сергей посмотрел на убитую женщину. Бледное лицо в обрамлении черных кудрей. Черное на красном. Она казалась спящей. Удар спаты рассек ее горло до позвоночника, но умерла она быстро. Почти ничего не почувствовала.

Сергей тоже ничего не чувствовал. Абсолютно ничего. Эта женщина была ему чужой. И в жизни, и в смерти.

— Заверните их во что-нибудь, — велел патрикий. — А я разбужу сервов, чтобы готовили носилки.

— Сервов? — усомнился Сергей. — Может, лучше мои люди? Слуги могут наболтать лишнего.

— Могут, — согласился патрикий. — Только кто их слушает? Вашего тоже заберите. Его тоже убил мой зять. Тем более это правда. — Поглядел на ложе, скрипнул зубами, но тут же взял себя в руки: — Белье можно отстирать, а ковер придется выбросить. Юлия бы огорчилась…

* * *

Столичный квестор явился в дом патрикия Николая после полудня. С помощниками пришел. Писец и пара стражников. Квестор осмотрел тела (поверхностно), выслушал свидетелей, бросил пару слов Пиперату, и оба поднялись на второй этаж, в кабинет патрикия. В сопровождении писца. Зафиксировать информацию.

Потом квестор ушел.

— Что теперь? — спросил Сергей.

— Теперь суд, — ответил патрикий. — Квестор свое получил. С судьей поделится. Так что долго ждать не придется.

Так и вышло.

Спустя пару часов прибежал посыльный. Суд назначили на завтра.

* * *

Судопроизводство в Константинополе оказалось процессом накатанным. Кроме судьи в процессе участвовал представитель церкви. Так положено. Во время суда церковник помалкивал. Голос подал только в самом конце.

Поскольку процесс был публичным, народу на «представление» собралось немало, больше сотни. Часть — коллеги наварха, военные моряки. Однако враждебности с их стороны Сергей не ощутил. Скорее удивление, что Перчик завалил наварха, а не наоборот. Покойник слыл выдающимся фехтовальщиком даже по завышенным столичным меркам. У Сергея есть повод гордиться.

Суд начался с опроса свидетелей, в роли которых выступили декарх Хольмстейн, гость столицы комит варваров Сергий Вартислав и имперский гражданин Лука Ореус. У противной стороны свидетелей не было. Представитель флота, присланный друнгарием, не вмешивался. Только записывал. Для последующего доклада, надо полагать.

Патрикий Николай факт убийства зятя признал. На него напали, он защитился. Факт самообороны не оспаривался. Равно как и заявление о том, что это Нифонт зарубил сестру патрикия и беднягу Лодура. Смерть последнего тоже «пригодилась»: объясняла тот факт, что не известный своими фехтовальными подвигами патрикий справился с одним из лучших фехтовальщиков столицы. Посторонний вмешался.

Объяснять, почему наварх ни с того ни с сего решил убить жену и шурина, не понадобилось. Достаточно было Пиперату упомянуть, что по завещанию унаследовать имущество супруги наварха должен был брат, а не муж, и судья уже сам сделал правильные выводы. Он вообще был весьма расположен к Перчику: и подмазан, и карьерные перспективы чуял. В любом случае патрикий был прав, когда взял ответственность на себя.

Сергею, как иностранцу, пришлось бы куда сложнее.

В итоге судья зачитал соответствующие статьи закона и сделал правильный вывод: у светской власти к патрикию претензий нет. Жаль, конечно, что флот потерял командира, но что поделаешь. Заодно, также на базе действующего и недавно обновленного (судья особо это подчеркнул) законодательства, решился вопрос с наследством Юлии. После уплаты пошлин ее имущество переходило к брату.

Последним слово взял представитель церкви. И назначил Перчику епитимью. Попоститься, прочитать определенное количество молитв и, главное, добровольно пожертвовать на спасение душ убитых христиан не менее чем двадцать номисм. Серьезная сумма. Ну а как иначе? Убийство, причем не санкционированное церковью, великий грех.

Победу не отмечали. Какая победа? Выигравший процесс разом и сестру и зятя потерял. Что тут праздновать? Так, собраться небольшим кругом, выпить, покушать, поговорить о вечном в особняке, где совсем недавно проживала покойная патрикия.