Белозерские лидеры в этом бедламе были очагом спокойствия. В первую очередь потому, что их дружинники занимались делом, а не тасканием с места на место того, что в любом случае не сохранить. Ну и отыгрываться за собственный страх на пленных ромеях здесь никто не собирался, поэтому количество ромейской челяди в здоровенном загоне увеличилось раза в три, и два имевшихся здесь колодца вычерпали едва ли не досуха, а отхожие ямы заполнялись так быстро, что пленники по собственной инициативе начали копать новые. Никто, однако, не жаловался, и охрана была символической. Лучшим сторожем были с трех сторон окружившие варяжский лагерь станы союзников. Там ромеев резали, как овец на большом празднике. Кого — в жертву, кого — отомстить за неминуемое поражение, кого — просто так. Впрочем, не везде. Там, где стоят белозерские, — нельзя. И в расположении великого князя — тоже. А у Рулава изборского даже вышла стычка с ростовским князем Яктевом. Прихваченные с собой мерянские жрецы, «израсходовавшие» запас жертв, потребовали пополнить запас, аргументируя тем, что поддержка плохой погоды требует новых «подарков».

Возможно, и до боестолкновения дошло бы, но появился Олег и пообещал подарить Перуну и жрецов, и самого Яктева, если тот немедленно не угомонится.

Мерянский лидер оценил настроение великого князя, который прямо-таки мечтал о поводе, чтобы сбросить напряжение, и послушно угомонился. Шаманов своих тоже угомонил. Воспользовался рекомендацией Олега и велел тем отправить к богам пару коллег: мол, их там, наверху, будут слушать лучше, чем ромеев, поскольку говорить с богами шаманы смогут без переводчика и проблемы мерянские знают доподлинно.

Тем временем двор усадьбы, где расположился Сергей, заполнялся трофейными возами, которые тут же проходили проверку качества. Тысячекилометровые переходы — не шутка.

И глядя с балкона виллы на то, как пленные ромеи под руководством варяжских отроков ловко меняют отработавшие ресурс колеса на новые, Сергей внезапно понял, как сделать так, чтобы все эти приготовления оказались лишними. Но продумать детали не успел. Прискакал гонец от Олега. Великий князь киевский собирал вождей на совет.

Ну, не страшно. Идею можно и по дороге додумать.

[1] Согласно скандинавской мифологии Муспельхейм — страна огненных великанов.

<p>Глава 13</p>

Глава тринадцатая. Когда великий князь первым предлагает решение

Красные дромоны. Двадцать восемь единиц. Основная ударная сила ромейской флотилии. Вон они, стоят на рейде, ждут, когда море успокоится.

Но пока все идет неплохо, как сказал один экспериментатор, пролетая первые тридцать метров стометровой башни. Волнение даже чуть усилилось, ветер немного ослаб. Но по-прежнему — со стороны берега.

Пока насчет атаки можно не беспокоиться.

Если бы русы могли уйти из гавани, дромоны еще рискнули бы атаковать, несмотря на волнение. А так можно и отложить приготовление жаркого на день, другой, третий.

Двадцать восемь.

Даже пара огненосных дромонов — гигантская проблема для флота русов. Но пару еще можно как-то обуздать. Задавить массой, поскольку особой скорострельностью сифоны-огнеметы не отличаются. Но три десятка — это капец. Огромное пылающее озеро, в котором утонут сотни и тысячи больших и малых кораблей русов. Чем больше судов, тем больше топлива для пожара.

Сергей видел подобное в прошлой жизни. И в этой тоже, пусть и в меньшем масштабе, наблюдал, что такое ромейский огонь. Едва на собственной шкуре не испытал. Если бы не выстрел Машега, выстрел на грани чуда — огненной стрелой прямо в горло сифона, то остались бы от Сергея и его дружины обугленные трупики.

Не он один видел ромейских огненных драконов в деле. Не он один понимал: ветер стихнет, море успокоится, и ромейский флот атакует. Сначала камнями из орудий закидают, а потом, сблизившись, — огнем. И конец союзному флоту. Люди спасутся, если вовремя укроются на берегу. Но без кораблей… А без кораблей домой вернуться будет ой как непросто. У тех, кто успел позаботиться о транспорте, еще есть надежда. У остальных — никакой.

Все разномастная банда вождей глядела на Олега. Кто — с надеждой, кто — с обидой, кто — очень-очень сердито. Опять, понимаешь, завел общество в ту же ловушку.

— Надо спасать корабли, — решительно заявил Рулав изборский. — Если нападем прямо сейчас, все разом…

— Спас уже один такой, — желчно сказал Веремуд полоцкий. — Родные боги, второй раз я в одну и ту же яму…

— Не ной, — буркнул Фрёлаф черниговский. — А ты, Рулав, помолчи. Ты ромейские корабли в бою не видел. Олег, твое слово.

— Прав Рулав, — спокойно сказал великий князь. — Корабли надо спасать. И мы их спасем.