Читаем Архив СС. Три доклада полностью

Во вторую очередь оказалось так, что с помощью неправильно понятых «упражнений» большинство из тех, кто практически стремился к трансцендентному, были направлены не в сторону сверхъестественного, не вверх от природы человека, а вниз, в сторону подестественного, т. е. к «бессознательному», к использованию медиумов и, в общем, к миру, который бесконечно далек от того, чтобы означать возвышение нормальной личности, и может привести только к ее крушению и разложению, причем человек непосредственно станет неосведомленным инструментом самых темных влияний. С помощью «неоспиритуализма» всемирный заговор устранил опасность, которую могло бы представлять для тайного фронта истинное сверхъестественное в современной антиматериалистической культуре, и теперь этот фронт с удовлетворением смотрит на тех, кто провозглашает тайное учение о сверхчеловеке в теософских кружках старых дев, неполноценных людей и недочеловеков, или на других, которые пляшут под дудку рационалистическо-политических идолов.

5) Тактика обратного удара. — Она осуществляется, когда одна из сил, которую хотят убрать ввиду ее еще традиционного характера, побуждается к тому, чтобы проявить инициативу к действию, которое в первый момент направляется против похожей, т. е. тоже традиционной силы; когда эта сила погублена, она обращается против первой силы и утягивает ее с собой на дно. Тайные силы всемирного свержения с помощью подходящих проникновений часто добиваются своей цели, так что представители одной традиции считают, что они лучше всего смогут защитить свою традицию тем, что будут атаковать и дискредитировать другие традиции. Тот, кто не отдает себе отчет в этом и из материальных интересов нападает на традицию в виде другого родственного по культуре народа, должен ожидать, что, рано или поздно, и его традиция будет атакована каким-либо движением, так сказать, обратным ударом. Силы всемирного свержения очень рассчитывают на эту тактику: следовательно, они всеми средствами стремятся к тому, чтобы каждая более высокая идея оставалась под тиранией партикуляристских, сепаратистских интересов, стремлений к прозелитизму, гордости и корыстолюбия. Они очень хорошо знают, что это лучший метод, чтобы разрушить всякое единство и настоящую солидарность и содействовать состоянию раздробленности, в котором их игра становится очень легкой. Похоже обстоят дела и при всяком макиавеллистичеcком применении революционных сил. Некоторым близоруким государственным деятелям порой казалось, что при определенных обстоятельствах укреплению их народа способствовало бы содействие или поддержка революций у соперничающих наций. Не предвидя этого, они пришли к противоположному результату. Хотя они думали, что воспользуются революцией как средством, на самом деле это революция сделала их своим инструментом: после того, как она нашла у других народов подготовленные благодаря этим политикам пути, революция также почти всегда добиралась до самих этих политиков и свергала их. Можно сказать, что вся современная история была сценой свержения, которое трагически осуществилось как раз этим путем. В этой связи всегда следует неустанно подчеркивать, что только безусловная, аскетическая, непоколебимая верность идее может защитить от сил оккультной войны; если способность к этой духовной верности и солидарность в виде чего-то вроде священной войны пропадает, тогда повинуются случайным мотивам так называемой реалистической политики, тогда ломается фронт сопротивления, и вместе с тем также пропадает возможность любой настоящей самостоятельности и свободы.

Мы хотели бы упомянуть одно из последних проявлений такой тактики: «принцип национальностей» и «антиимпериализма» — это мифы, которые были изобретены масонскими и еврейскими закулисными кукловодами стран Антанты для мобилизации всех сил против Центральных держав и для их уничтожения; однако за прошедшее время они стали идеологиями, которые в будущем лучше всего смогут содействовать, например, всеобщему восстанию всех цветных народов против европейских великих держав и их претензий на доминирование. Неудивительно, что по этой причине такая идеология перешла в руки Коминтерна и стала важным инструментом большевистской пропаганды за пределами Европы.