Лакласторос показал. Гравиранцы оказались обтягивающими костюмами, усеянными микроскопическими бляшками. Антигравитационные диски – совсем крошечные, но достаточно мощные, чтобы поднять в воздух человека. За спиной поблескивающий ранец – миниатюрный репульсорный двигатель. Управлялась вся эта система также компьютером – на голову надевался специальный шлем.

– Гравиранец – устройство для свободного полета, – пояснил Лакласторос. – Но в-вот с ним я бы экспериментировать не рекомендовал – с непривычки м-можно пострадать. Желательно сначала пройти летные курсы.

– Знаете, а у меня была похожая штука, – задумчиво сказала Ванесса. – Совсем еще недавно была. Такой же принцип – надеваешь на спину и летишь…

– О-о?.. – вежливо удивился Лакласторос. – И что же это был з-за прибор?

– Мешок.

– Мешок?..

– С ветром.

– А-а…

– Не спрашивайте.

Глава 28

Ванесса мягко опустилась на землю и выключила гравиранец. Она все-таки выпросила один во временное пользование. Профессор Лакласторос выделил его крайне неохотно, заставив пообещать, что Вон вернет ценный аппарат по первому требованию.

Та скрестила за спиной пальцы и пообещала.

При виде приземлившейся ученицы Креол даже не повернул головы. Он сосредоточился, как писающая кошка – огромный камень перед ним изгибался, явственно меняя форму, над ним медленно вращался посох, а из уст мага тек заунывный речитатив:

Вот уже несколько дней Креол возводил специальную пирамиду-накопитель – платформу для Сияющего Ока. Как он объяснил, в законченном виде этот мощный стационарный артефакт станет своего рода линзой, усилителем, который позволит Сияющему Оку очистить всю планету.

Увы, дело продвигалось довольно медленно. Креолу катастрофически не хватало маны. И будущему артефакту ее тоже хватать не будет – придется строить не впитывающий Накопитель, как обычно, а преобразующий. Он создает ману искусственно, разгоняя «спокойный» эфир. Подобная мана не так хороша, как естественная, но в данном мире выбирать не приходится.

Разумеется, устроена такая модель гораздо сложнее стандартной, и создать ее – дело не самое простое. Даже по самым оптимистичным прикидкам Креол не рассчитывал управиться быстрее, чем за месяц.

Впрочем, оно и к лучшему. Этого времени будет достаточно, чтобы собрать желающих присоединиться к походу на Лэнг. Некоторые из них уже объявились – и с каждым днем подходят новые.

Одним из первых к стенам ГИОТ подъехал командир Второго Пехотного батальона, майор Сали Икталинтасорос по прозвищу Пузырь. Мутант огромного роста и чудовищной толщины, он обладал удивительно крохотным лицом, окруженным бескрайними просторами кожи. Глаза, нос и рот словно собрались в кучку посреди куполообразной головы без единого волоска.

Несмотря на слоновьи объемы, весил Икталинтасорос даже меньше Ванессы. Легкость движений, как у балерины, скорость спринтера-рекордсмена – а в высоту толстяк прыгал метра на три. Со стороны это напоминало воздушный шар, несомый по ветру.

Моргнеумороса Икталинтасорос поприветствовал очень тепло. Старые товарищи крепко обнялись… точнее, попытались обняться. Гороподобное пузо Икталинтасороса встало непреодолимой преградой – пришлось ограничиться рукопожатиями и хлопаньем друг друга по плечам.

Икталинтасорос явился так скоро, поскольку жил относительно недалеко – в городе Едалин, чуть больше двухсот километров к востоку. Услышав в молчавшем сотню лет маячке знакомый голос, пузатый мутант раздумывал недолго – собрал все ценное, плюхнулся за рычаги грузового октопода и взял курс на запад.

Дорога заняла у него двое с лишним суток. Проехать по костяной тайге на грузовике – задача не самая простая, однако шагающие вездеходы Плонета способны пройти по любым буреломам – была бы поверхность под ногами. И хотя Икталинтасоросу не единожды приходилось останавливаться и расчищать путь – в основном использовались лазерная пила и взрывчатка – добрался он относительно быстро.

– Как сам, Ирокез? – хохотнул Икталинтасорос, последний раз хлопая Моргнеумороса по спине. – Не подстрелили до сих пор?

– Ирокез?.. – заинтересовалась Ванесса.

– Армейское прозвище, – сухо ответил Моргнеуморос. – Я думал, его все давно забыли.

– Забудут, когда прическу поменяешь, – гыгыкнул толстопузый мутант.

– Мне нравится так.

– Так я ж разве возражаю? Носи. Много уже наших собралось?

– Пока не очень.

– Ничего, подтянутся еще. Я же подтянулся – и остальные подтянутся.

Моргнеуморос только пожал плечами. Он не разделял такого оптимизма.