Читаем Архаика полностью

ничего не помнящий, не ждущий,

от насущной вечности грядущей

лишь доской дубовой отделен.

          лето 1976, 1995

* * *

Как хорошо меж выцветших дворцов

в порозовивший кровли летний вечер,

присев на запыленную, сухую,

уродливо-горбатую скамейку

(привет-привет, смешной соцреализм!) –

чтоб в спину упиралась, – закурить

и посмотреть на Инженерный замок...

Архитектуры баховская поступь!

Как если бы слепые музыканты

сыграли, уложили инструменты,

пюпитры, разошлись – и тишина

овладевает городом... Трамваи

кой-где скрежещут. Юная волна

зеленою медузою дрожит...

И вдруг легко, как рифма, пробежит

аквариум "икаруса" двойного,

о современности напоминая.

          сентябрь 1976, 1980

ЗИМНИЙ ПЕЙЗАЖ

На окошке Питер Брейгель

зиму мне нарисовал:

синий озера овал

и коричневые сучья

замерзающих деревьев.

Ничего прекрасней нет

этих сказочных полотен –

так мучительно бесплотен

птицы замерший полет

в зачарованном пространстве.

В ирреальной тишине

жар питается осиной,

пахнет порохом и псиной –

это егери идут

в окружении борзых.

Скал колючая гряда.

И под их лесистым склоном

в зимнем воздухе зеленом

на серебряном катке

леденеют конькобежцы...

Это смотрит на тебя

из шестнадцатого века

вечный образ человека –

ничего иного нет

в изменяющемся мире.

          ноябрь 1976