Им очень повезло: машин было много, чуть не каждая пятая такси, и Аборигенка опознать Желторотика не смогла бы. А Игорь, державшийся на приличном расстоянии, по-прежнему не входил в зону ее видимости.

«Вольво» направился в сторону Цветного бульвара, но, не доехав до него, свернул во дворы. Такси последовало за ним. Игорь также въехал во дворы, но почти сразу же остановился, достал бинокль и сфокусировал его на машине Аборигенки.

Когда она начала тормозить, Желторотик, не такой уж дурак, проехал дальше в глубь квартала, миновав «Вольво». Игорь же вышел из своей машины и, не теряя Аборигенку из виду, отправился пешком. Теперь в его задачу входило не только отследить адрес проживания Аборигенки, но и остаться незамеченным для Желторотика.

Аборигенка приткнула «Вольво» на свободном месте стоянки. Стало быть, живет она прямо где-то тут.

Желторотик, проехавший на такси вперед, укрылся за поворотом. Игорь прижался к ограде детского сада, оставаясь в тени.

И вот оно, свершилось! Аборигенка, оглядевшись вокруг и не найдя ничего подозрительного, вошла в подъезд ближайшей двенадцатиэтажной башни. Проследовать за ней означало засветиться. А не проследовать – потерять. То есть не узнать номер ее квартиры.

Игорь решил положиться на везение: если окна Аборигенки выходят на эту сторону, то сейчас они загорятся.

Желторотик же, не надеясь на милость Фортуны, рванул к подъезду. Дверь уже успела закрыться, а кода он, конечно, не знал. Однако ему повезло: подошла парочка, и он скользнул в подъезд вслед за ней.

Игорь заснял все окна фасада, затем обошел дом, снимая каждую его сторону. Вернувшись к фасаду, он сверился со снимком: нет, за прошедшие минуты нового загоревшегося окна не появилось.

Он снова проделал обход четырех сторон башни и наконец увидел разницу: с обратной стороны зажглось окно на восьмом этаже. И полторы минуты спустя вспыхнул свет на десятом. Но это, судя по таймингу, та самая парочка поднялась в свою квартиру.

Над входом в подъезд было указано количество квартир в доме. На этаже их должно быть семь: классика для двенадцатиэтажных башен. Сделав нехитрые подсчеты, Игорь вычислил номер той, где поселилась Аборигенка.

Что ж, задание выполнено. Где там пропадал Желторотик, Игоря уже не волновало. Он сел в свою машину и покатил домой – его заждалась любимая девушка, Кристина.

Париж

Прежде чем навестить сестру Дюваля, Реми заехал к Этьену Пасье в больницу и сообщил долгожданную новость: сыновья приедут к нему через несколько дней. Как только закончат хлопоты с похоронами мужа Анжелы.

Улыбка этого больного человека засветилась таким безбрежным счастьем, что Реми, человек не сентиментальный, едва сдержал слезы.

И как всякий, кто сталкивается с болезнью или дряхлостью, он мысленно взмолился: «Господи, минуй меня чаша сия».

Зная, что не минует. Не одно, так другое придется рано или поздно примерять на себя. Еще не родился человек на Земле, который сумел бы избежать подобной участи…

Как же это несправедливо.

Сестра Франсуа Дюваля, Анн-Мари, одинокая пожилая женщина, оказалась гостеприимна и словоохотлива. Реми приехал к ней прямо из больницы от Этьена Пасье и до сих пор, несмотря на довольно поздний час, находился у нее в гостях.

– Звали ее Соланж, племянницу мою. Смотрите, красивая девочка была, правда?

Реми уже видел эти фотографии и уже соглашался, что «красивая девочка была», но тетя никак не унималась, все перелистывала альбомы.

Девочка и вправду была хорошенькой. Ротик – яркий, будто помадой накрашенный – удивлял крутой формой верхней губы: два остроконечных холмика резко вздернуты вверх. «Арка Купидона», вспомнил Реми.

Он открыл телефон и посмотрел на снимок Аборигенки, который Игорь прислал ему пару часов назад. Между девочкой и взрослой женщиной разница, конечно, есть, и все же оригинальная форма верхней губы была идентичной.

«Вот ты, значит, какая, Соланж…» – подумал Реми, переснимая детскую фотографию, и скинул сообщение: «Арка Купидона» идентична, Соланж Дюваль», сразу троим: Алексею, Ксюше и Игорю.

Соланж, «земной ангел». Демон, что ли? Или кто это у нас «земной ангел»?..

Увы, на самый главный вопрос у Анн-Мари ответа не имелось. Об обстоятельствах гибели дочери брат ей не рассказал. Сухое «утонула», и все. Тело долго искали, но не нашли. Течением в открытое море унесло, должно быть.

– Но все-таки, что они там делали, на острове? – не отступал Реми. – Проводили отпуск? Или приплыли туда на яхте? А может, дайвингом занимались, подводным плаванием?

– Да нет же, на яхте. Какой еще дайвинг, боже упаси. Брат вообще воду не особо любил, предпочитал на солнышке лежать. Или путешествовать. Яхта у него роскошная была, красавица, вот они и отправились на Балеарские острова. В разных местах останавливались, достопримечательности смотрели, в ресторанах ужинали. Потом дальше плыли. Ну и в каком-то месте они купаться стали, вроде все как всегда, да только Соланж утонула… Он очень горевал, Франсуа. А русская, не помню имя ее, все крутилась вокруг него, утешала.