Читаем Аритмия чувств полностью

Януш. О чем меня никогда не спрашивали? Ты задала мне столько вопросов, что их число резко уменьшилось. Мне кажется, что меня не спрашивали, счастлив ли я с самим собой, ты задала мне вопрос, счастлив ли я. Не прозвучал вопрос о том, считаю ли я, что живу достойно.

Дорота. А какой вопрос ты задал бы женщинам?

Януш. Пожалуй, это мечта каждого мужчины — услышать ответ: «Я счастлива с тобой». Я хотел бы задать такой вопрос: «Ты со мной счастлива?» Или даже без вопроса услышать: «Я счастлива с тобой». Хотел бы, даже не задавая вопроса, услышать от женщины: «Я люблю тебя» или «Я рада, что ты есть, что я встретила тебя». Я хотел бы услышать такие ответы. Хотел бы, чтобы эти неназванные вопросы находили ответы...

Перейти на страницу:

Все книги серии Любовь без правил [Азбука]

188 дней и ночей
188 дней и ночей

«188 дней и ночей» представляют для Вишневского, автора поразительных международных бестселлеров «Повторение судьбы» и «Одиночество в Сети», сборников «Любовница», «Мартина» и «Постель», очередной смелый эксперимент: книга написана в соавторстве, на два голоса. Он — популярный писатель, она — главный редактор женского журнала. Они пишут друг другу письма по электронной почте. Комментируя жизнь за окном, они обсуждают массу тем, она — как воинствующая феминистка, он — как мужчина, превозносящий женщин. Любовь, Бог, верность, старость, пластическая хирургия, гомосексуальность, виагра, порнография, литература, музыка — ничто не ускользает от их цепкого взгляда…

Малгожата Домагалик , Януш Вишневский , Януш Леон Вишневский

Публицистика / Семейные отношения, секс / Дом и досуг / Документальное / Образовательная литература

Похожие книги

Эссеистика
Эссеистика

Третий том собрания сочинений Кокто столь же полон «первооткрывательскими» для русской культуры текстами, как и предыдущие два тома. Два эссе («Трудность бытия» и «Дневник незнакомца»), в которых экзистенциальные проблемы обсуждаются параллельно с рассказом о «жизни и искусстве», представляют интерес не только с точки зрения механизмов художественного мышления, но и как панорама искусства Франции второй трети XX века. Эссе «Опиум», отмеченное особой, острой исповедальностью, представляет собой безжалостный по отношению к себе дневник наркомана, проходящего курс детоксикации. В переводах слово Кокто-поэта обретает яркий русский адекват, могучая энергия блестящего мастера не теряет своей силы в интерпретации переводчиц. Данная книга — важный вклад в построение целостной картину французской культуры XX века в русской «книжности», ее значение для русских интеллектуалов трудно переоценить.

Жан Кокто

Документальная литература / Культурология / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное