Возникло государство ариев, как и положено пуп мира, окруженный варварскими и завистливыми окраинами, зарящимися на богатства совершенных во всех отношениях героев. После Менучехра к власти пришла династия царей-жрецов Кавиев-Кейанидов: Кей-Кобад, Кей-Кавус, Кей-Хосров и прочие, – по-видимому реально правившая в «АрйанамВайджа» – «Просторе ариев», как именовали свою страну восточные иранцы. Всего Фирдоуси, основываясь на древней традиции, насчитывает десять царей, причисляя к ним и Александра Великого Конечно же, как и положено, арьи почти неизменно побеждали своих извечных врагов – туранцев: ни подтвердить это, ни опровергнуть невозможно.

Впрочем, вражда едва ли была перманентной. Родственные по крови народы то воевали, то мирились, а то и братались – свидетельством чему ирано-туранские браки, как в случаи с Ростемом и царем Кей-Кавусом, от союза которых с туранками появлялись на свет самые могучие витязи.

Так в войне и мире власть дошла до воинственного царя Гоштаспа. В эти не отмеченные на шкале времен годы ушли в иной мир последние великие герои – Ростем и Исфандияр. В это же время при царском дворе объявился некий проповедник Зардешт.

Настало время истории…

Глава 9

Многоликий герой

Отдельно Героический век как эпоху в бытии человечества выделили лишь эллины. Этот век наследовал Золотому, Серебряному и Медному, знаменовавшими вырождение мира и времени. Героический век своей идеализированной чистотой и рыцарским романтизмом словно призван был компенсировать вырождение.

На историческом уровне Героический век соотносим с Микенской эпохой – то были славные и странные времена, когда на благодатной южной оконечности Балканского полуострова, весьма густо по мерке тех самых времен населенной, объявились пришельцы с севера, принявшиеся настойчиво покорять или вытеснять местное население. Себя эти пришельцы именовали ахейцами и ионийцами – под этими прозваниями они и попали в историю.

Обитатели земель, куда пришли ахейцы, быстро принялись разбегаться. Побежали карийцы и минийцы, лелеги и хетты. Оставшиеся пеласги были покорены, а где-то вполне мирно сосуществовали с пришельцами, которые привнесли свою культуру, материально более бедную, но духовно весьма оригинальную. В отличие от древнейших обитателей Эллады незваные гости являли собой ярко выраженный тип мужлана со всеми присущими сему типу достоинствами и недостатками: властью вождей, упованием на силу оружия, почитанием мужских божеств.

Закрепление ахейцев в Греции, главным образом в Пелопоннесе, как доминирующего этноса относится к рубежу между XVII – XVI веком до н. э. Именно в это время пеласги окончательно признали свое поражение, уступив власть пришельцам, которых английский историк начала ХХ века Уильям Риджуэй представлял этакими суперменами – белокурыми бестиями. Ох уж этот романтизм, особенно несносный в устах представителя нации торгашей и колонизаторов!

Не очень-то верится, что ахейцы были белокурыми красавчиками. Скорей всего, они мало чем отличались от пеласгов, которым были этнически близки. Но ахейцы были крепкими парнями, буквально брызжущими пассионарной энергией, в то время как пеласги этногететически уже «поиздержались». Потому-то ахейский потоп безжалостно накрыл пеласгов, словно прогневивших Зевса, и длился он несколько поколений. Одно за другим, будто грибы после дождя, росли на благодатной земле Эллады ахейские поселения.

Уже в XVI веке до н. э. таких гегемонов было несколько: Микены, Аргос, Пилос, Фивы, Иолк. Правителей этих селений хоронили в глубоких шахтовых могилах, собирая в дальнюю дорогу богатые поминки.

XVI век до н. э. знаменовал взлет ахейской славы. Подчинив материковую Элладу, ахейцы – воспользовавшись катастрофическим извержением Санторина – захватили Крит; там около 1450 года до н. э. воцарилась ахейская династия. Ахейские цари захватывают власть над морем, до этого принадлежавшую Миносам; их стремительные узкоклювые корабли несутся по волнам от острова к острову, где оружием, где словом, где ходовым товаром утверждая влияние Аххиявы – страны ахеян.