Читаем Арап полностью

В это знойное утро, было особенно жарко и душно, поскольку ночью прошел ливень. Геннадий Смагин лежал в одних трусах в своей постели и никуда не собирался. Он только что вернулся из душа и хотел проваляться целый день. В голове у него была только одна мысль «да когда же кончится эта жара». Уже две недели в городе стояла настоящая тропическая жара: плюс 35 днем и плюс 28 ночью. С комплекцией Геннадия тропический зной переносился особенно трудно. Несмотря на работающий кондиционер, его метровое пузо обливалось семью потами.

«Что ему еще от меня нужно? – увидев пропущенный звонок от абонента Барсук, подумал Геннадий, – Если сильно нужно перезвонит», – и принялся щелкать каналы по телевидению.

В свои сорок два Геннадий Смагин дослужился только до звания капитан полиции в то время, как многие его однокурсники по институту МВД уже были полковниками и руководителями отделов или заместителями. Лень мешала Геннадию двигаться по карьерной лестнице. Если можно было остаться дома – он оставался и валялся на диване. После окончания рабочего дня на службе старался не задерживаться. Кроме лени, он еще был трусоват: в перестрелки не лез, с питерским криминалом не конфликтовал. Но себя он чувствовал комфортно, были у него любимые поговорки: «Все что не делается, все к лучшему!» и «Всех денег не заработаешь!»

Тем временем, абонент записанный в телефонной книге, как Барсук, не унимался.

– Ну чего тебе надо? – недовольно прорычал Геннадий.

– Шеф, у нас два труппа, – словно оправдываясь за беспокойство, ответил Барсук.

– Блядь! Даже в отпуске не дадут отдохнуть, – выругался Геннадий – Ладно, приезжай за мной.

– Так уже…

– Жди, сейчас спущусь.

По опыту Барсук уже знал «сейчас» это значит не раньше, чем через полчаса.

Лейтенант Семен Барсуков, был полной противоположностью Смагина. Не большого роста с излишней худобой, активный «до нельзя», про таких говорят «шило в жопе». В отделе этой парочке дали прозвище, в честь диснеевских героев «Тимон и Пумба».

«Сука! – от души выругался Геннадий, – Что за люди способны убивать других людей в такую жару?! Нет бы сидели дома под кондиционером и охлаждались».

Полежав немного на кровати, как он сам называл этот ритуал «полежать на дорожку», он начал собираться. Синяя безрукавная рубашка и серые брюки, которые застегивались только если он втягивал живот, были его летним дресс-кодом, поэтому по нему можно было легко определить какое сейчас время года. С трудом обнаружив чистые носки, увидел, что один из них дырявый. Однако, на этот случай у него был новый носок от другой пары. Дело в том, что он всегда покупал две пары одинаковых носков, так как по опыту знал, что всегда рвется только один носок и надо лишь заменить его новым. В завершение сборов он подошел к зеркалу причесал усы-щетки расческой, уложил челку на бок и шатаясь, словно медведь-шатун, вышел на улицу.