Читаем Арабская кровь полностью

«Если бы ты знала, что случилось у нас», – думает Муаид, а Рашид, слушая новости, так сильно сжимает челюсти, что у него белеют щеки. Марыся же нервно ломает пальцы и хочет как можно быстрее бежать к тете Хадидже.

– Куда поместили новеньких? – строго спрашивает шеф. – Ведь уже некуда было иголку сунуть.

– У бассейна в подвале, – соблюдая конспирацию, тихо отвечает девушка-администратор. – Ваш заместитель так решил.

– Умный парень. – Хозяин больницы вздыхает с облегчением.

– Он сидел до утра, и его еще нет. Но звонил, что уже собирается.

– Значит, снова есть связь? – удивляется Марыся.

– Час тому назад была…

Все как по команде вытягивают мобильные телефоны и прикладывают их к ушам.

– Уже нет, – смеются с иронией.

– Я иду к матери, – говорит Рашид, не желая больше тратить время. – Потом еще хочу подскочить к Мохамеду, ведь он наверняка не знает о том, что случилось. Может, вместе пойдем на кладбище, чтобы прочитать salat al-azza[79] за наших любимых умерших.

Он нервно сглатывает. Вена на его виске набухла и сильно пульсирует.

– Хочешь, я поеду с тобой? – предлагает Марыся.

– Нет, спасибо, – резко отказывается он. – Это мужское дело.

– Надеюсь… – Муаид выразительно смотрит на двоюродного брата, но тот опускает взгляд.

– Да, помню, что ты мне говорил, и принял это близко к сердцу.

Он крепко стискивает руку старшего мужчины и, идя в палату матери, шепчет ему что-то на ухо.

Хадиджа лежит в маленькой комнатке, до отказа наполненной металлическими кроватями. Большинство больных без сознания, стонут и бредят в горячке. Душно, смердит болезнью и фекалиями. Несмотря на то что Хадиджа крепко спит, она по-прежнему обездвижена смирительной рубашкой. Ее лицо напоминает маску. Оно неестественно серое и опухшее. Ни один мускул у нее не дрогнет, и кажется, что она уже мертва.

– Мама!

Рашид приближается к больной, наклоняется к ней, дотрагивается до вспотевшего лба и осторожно обнимает ее, положив голову у ее лица.

– Доктора!

Муаид в бешенстве выбегает в коридор.

– Дежурного врача ко мне! – кричит он еще громче.

– Да что тут происходит? – Молодой пакистанский доктор бежит к шефу.

– Почему эта пациентка по-прежнему лежит в смирительной рубашке? Ведь она спокойно спит, значит, можно освободить ее. – Он показывает пальцем на свою тетку. – Можешь мне это объяснить?

– Ночью она была неспокойна, бросалась, кричала и корчилась. Мы оставили ее так для ее же безопасности.

– Но после применения сильных успокоительных средств ей, надеюсь, уже лучше?

– Да…

– Вы вообще заглядывали к ней? – прерывает его Муаид. – Проверяли, жива ли она еще?

– Я…

– Я жду искреннего ответа!

– Нет, – признается молодой врач, краснея. – У нас здесь последние двадцать четыре часа был полный завал. Множество очень тяжелых случаев… До некоторых пострадавших еще не дошла очередь. Бригада хирургов делала только операции, а мы заботились о том, чтобы поддержать жизнеобеспечивающие функции. Вчера снова были тысячи раненых и убитых. Не разорваться! – возмущается он в конце. – Но мы делаем все, что можем. – Врач тяжело вздыхает.

– Да, знаю, но дай мне сюда медсестру, которая освободит мою тетку из этой темницы. Вместе с двоюродной сестрой они умоют больную и освежат.

Он показывает пальцем на Марысю, а та согласно кивает.

– Нужно будет перенести ее в другую палату.

– Все помещения трещат по швам. – Доктор беспомощно разводит руками.

– А там, в физиотерапии? Там тоже поместили раненых?

– Нет, но в этом отделении осталась только одна нянечка, ухаживающая за больными, которым ничего не угрожает. Остальной состав дали в помощь приемному отделению. Ваш заместитель так распорядился.

– Хорошее начинание. Я сейчас перевожу оттуда мою родственницу. Она тоже не должна находиться в приемном отделении.

Рашид и Муаид идут проверить ситуацию в отделении посттравматологии. На третьем этаже царит приятная тишина и спокойствие. Коридоры пахнут лавандой и свежезаваренным кофе. Они заглядывают в зал лечебной физкультуры и реабилитации и не застают в ней никого. В центральной части коридора есть пост, на котором молодая медсестра смотрит телевизор и пьет горячий черный кофе. При виде заведующего больницей она подхватывается, обливая себя ароматным напитком.

– Все чувствуют себя хорошо, – отчитывается она, пытаясь оправдать свое поведение. – Состояние стабильное.

– Все в порядке, – успокаивает ее Муаид, слегка улыбаясь. – А как больной мужчина в палате моей тети? – спрашивает он, идя в том направлении.

– Так вы не знаете? – Лицо девушки расплывается в улыбке. – Пришел в себя и вчера хлебнул уже немного бульона. Только чувствует себя скованно, так как лежит в одной палате с женщиной. Он все время расспрашивает о своем спасителе.

– Я рад, что ему уже лучше. Его состояние казалось не очень стабильным. – Шеф удовлетворенно кивает медсестре.

– Я и не надеялся, что он выздоровеет, – удивляется Рашид. – Что кому суждено…

У него из головы никак не выходит трагедия, постигшая его семью. Чтобы смириться с этим, мужчине потребуется много времени.