Читаем Апостолы инструмента полностью

Бедные авторы были вынуждены проходить жестокую школу “малых форм” прозы. Они писали коротенькие рассказы, которые, уж поверьте, написать гораздо труднее, чем “Кровавую баню…” на тридцать авторских листов. Потом посылали рассказы в журналы. Там читали (не смейтесь, их действительно читали) и лучшие из рассказов публиковали (не улыбайтесь, так из журнального “самотека” были выловлены и Пелевин, и ваш покорный слуга).

Потом автор шел к издателю со своей “Кровавой баней…” и в доказательство своей гениальности демонстрировал публикации в журнале “Проза Камчатки” или в газете “Вестник куроводства”. Издатели, которые и раньше были не дураки, читали роман.

А потом решали, что им делать с молодым автором.

Что изменилось?

Правильно. Сеть терпима к объему. Не обязательно писать рассказы, не обязательно учиться, как в три страницы вместить Человека, Мир и Сюжет. Можно сразу начинать с большой фантастической эпопеи.

Кстати, параллельно с рассказами я тоже писал свои “Кровавые бани”. Первые три были полной ерундой. На четвертой произошел какой-то перелом, переход количества в. какое ни есть, но качество. И четвертая повесть уже была издана на бумаге.

Но существуй в те годы Интернет – могли бы выйти и первые три.

И очень вероятно, что четвертая и пятая повести оставались бы на том же самом уровне.

Я уже слышу возмущенные голоса поклонников Интернет-публикаций – “сетературы”, как они сами это называют. И про то, что им не нужны книжные издания: книги вообще вот-вот отомрут. И про то, что автору из Хабаровска в жизни не добиться публикации в Москве… без Интернета. И что на конвертах и распечатках разоришься, а файл – бесплатный, Интернет – дешевый.

Ох, ребята, все вы врете! И все знаменосцы “сетературы”, едва их поманит хотя бы маленький шанс хотя бы на маленькую публикацию в маленьком журнале, немедленно меняют свою точку зрения. И автору из города Джамбула в Казахстане было ничуть не ближе до Москвы. И перепечатывать рукописи на пишущей машинке было куда дороже и дольше, чем зарядить в старенький матричный принтер стопку бумаги.

Нет у Интернета никаких заслуг в деле продвижения молодых авторов. Да, Интернет по большей части заменил бумажную Почту. Но не принес ничего нового – хотя и пишется с большой буквы.

Второй довод поклонников Интернета более лукав: “Сеть позволяет автору выслушивать мнение читателей, находить ошибки в своих произведениях, обеспечивает обратную связь “автор–читатель”, развивает полезную критику”.

Трудно возражать. Ведь автору не положено возмущаться критикой в адрес своих книг. Надо покорно склонять голову, каяться и вносить исправления…

Кстати, никто уже не помнит старую, до Интернетовских времен басню о медведе-живописце и критиках?

Интернета еще не было, а вот критики существовали. Критики (имею в виду критиканов, а не малочисленных профи), как известно, это те люди, которые объясняют автору, как бы они написали книгу, если бы умели писать. И не важно, к чему призывает критикан – к большему отражению роли партии в свержении крепостного права или к более научному описанию процесса межгалактических гиперпереходов. Правильный ответ на такие замечания: “Садись и напиши лучше меня”.

Почему-то, за редчайшим исключением, не садятся и не пишут…

Да, конечно, существует у современных писателей “бета-тестинг”. Я сам его практикую – и свеженаписанный роман читают десять-двадцать моих друзей. После чего, хватаясь за голову, я обнаруживаю, что спутник Юпитера переместился к Сатурну, из семизарядного револьвера стреляют восемь раз подряд, а на шее у героя – деревянная цепочка.

И я торопливо вношу правку (если книга еще не ушла в печать). После чего понимаю, что по крайней мере одна ошибка ошибкой вовсе не являлась – в мире, лишенном железа, у героя и впрямь была цепочка, вырезанная из дерева.

А потом книга выходит, и оказывается, что графиню в одном месте называют баронессой – и она ничуть не возмущается. И еще находится десять грубых смысловых ошибок, которые “бета-тестинг” не отловил. Мала была группа экспертов? Да нет, просто все увлеклись. Потому что “вылавливать блох” – профессия. Этим занимается (ну или должен заниматься в идеале) редактор – человек не просто эрудированный и грамотный, но и не позволяющий себе увлечься текстом. Ляпы и ошибки, увы, неизбежны. Здесь можно приводить массу хрестоматийных примеров – и “ЭнциклопУдию”, выпущенную без единой опечатки, и Робинзона Крузо, приплывшего голышом на разбитый корабль и тут же набившего сухарями карманы, и того героя Вальтера Скотта, что скакал весь день и всю ночь между деревушками, расположенными в десяти милях друг от друга.

Да, дружеские советы – вещь хорошая и нужная. Но речь идет именно о дружеских и именно о советах. Потому что цель сетевого критика совсем иная.

И потому автору молодому, начинающему и оттого наиболее мнительному и подверженному влиянию я бы не советовал злоупотреблять сетевым “бета-тестингом”. Помимо реальной помощи молодой автор получит множество спорных советов и выслушает огромное количество вкусовщины.