Читаем Аполлон на миллион полностью

– Мать отпустила девочку одну на встречу с похитителем бывшего мужа? – удивилась я. – Прохор здорово обидел жену, изменил ей, потом не давал денег, а Рита кинулась его выручать? И где она добыла миллион долларов?

– Самый интересный вопрос, на который тоже не нашлось ответа, – хмыкнул Александр Михайлович.

Я уставилась на него.

– Что ты имеешь в виду? Маргарита отказалась сообщить имя спонсора?

– Она его не знала, – поморщился Дегтярев. – Вечером в четверг мать сказала девочке: «У нас нет средств на выкуп, мои жалкие пять тысяч похитителю не нужны. Надо смириться с ситуацией. Ничего поделать мы не можем». Люба спросила: «А если продать квартиру?» – «За ночь? – мрачно усмехнулась Рита. – И наша халупа не стоит миллиона долларов. Единственное, что нам остается, – это молиться за душу Прохора». «Завтра попытаюсь уговорить похитителя!» – с жаром воскликнула дочка. Маргарита категорически запретила ей ехать на встречу с преступником. Люба пообещала остаться дома.

– И мамаша, поверив ей, укатила на работу? – возмутилась я.

Александр Михайлович засопел.

– Нет. Ермакова предполагала остаться дома. Она встала в семь утра, села вместе с Любой пить кофе и… вскоре заснула. Очнулась Рита в районе полуночи, нашла на столе в кухне записку: «Мамусик, прости, бросила тебе в эспрессо снотворное. Я знаю, где достать деньги. Скоро мы с папой вернемся. Целую тебя».

– Девочка-подросток нашла миллион долларов? – изумилась я.

– Сначала мы предположили, что Люба обратилась к своей подруге Алисе Лункиной, – пустился в пояснения Дегтярев. – Ермакова посещала престижную гимназию, в одном классе с ней учились дети богатых людей. Отец Алисы занимается торговлей винно-водочной продукцией, в средствах не нуждается, единственную дочь обожает, ни в чем ей не отказывает. Лункина могла попросить у него нужную сумму. Но девочка понятия не имела, что происходит у подружки дома, Ермакова свято хранила тайну.

– Странная мысль пришла вам в голову, – удивилась я. – Как бы отец ни баловал дочку, миллион в валюте ни один человек просто так не отдаст. Уж наверное господин Лункин не дурак, он должен был спросить: а как Люба вернет долг?

Дегтярев вытащил из кармана носовой платок и начал промокать лоб.

– За год до похищения Прохора тяжело заболела подруга Алисы, Елена Королева. Диагноз поставили очень нехороший, в России лечить девочку отказались, посчитали безнадежной. Алиса бросилась к папе, и тот оплатил поездку Королевой в Германию, где ей сделали несколько операций. По просьбе дочки Лункин потратил на лечение Лены намного больше миллиона долларов.

– Понятно, – кивнула я. – Но про похищение Прохора, ты сказал, Алиса не знала. Может, Люба кинулась к бабушке, а та вскрыла свой денежный мешок?

Александр Михайлович вновь промокнул лоб.

– Здесь душно, и я опаздываю.

– Давай отвезу тебя на работу, доскажешь историю по дороге, – предложила я.

– А свадебный ужин? – напомнил приятель. – Тебе же надо его обсудить. Мне было важно до Москвы добраться, дальше покачу на метро.

Я дернула толстяка за рукав.

– Не спорь! Маргарите сейчас не до меня, на несчастную нахлынули тяжкие воспоминания, ты же ассоциируешься у нее с самым страшным днем в жизни, когда она потеряла дочь. Доставлю тебя до офиса и вернусь в агентство. Так что там с матерью Прохора? Она могла выделить нужную сумму?

Александр Михайлович направился к двери. Мы вышли на улицу, сели в машину, и полковник продолжил:

– Надежда Васильевна всю жизнь преподавала химию, работала в разных учебных заведениях. Когда был жив Алексей Константинович, отец Прохора, в семье, думаю, водились деньги. Старший Ермаков был одним из руководителей строительной компании, но он исчез.

Я в тот момент выруливала на проспект и от изумления чуть не нажала на тормоза.

– Как исчез?

Полковник пожал плечами.

– Утром ушел на рыбалку и не вернулся. Супруга подняла бучу, поставила на уши многочисленных знакомых, но муж как в воду канул.

– И давно это случилось? – уточнила я.

Дегтярев вытащил телефон.

– Сейчас уж точно и не помню… лет этак восемь-десять назад… Черт! Тут куча пропущенных звонков. Почему я их не слышал?

– Потому что положил трубку в сумку и завалил ее разной ерундой, – усмехнулась я. – Носи мобильный в кармане.

– Вот уж глупость ты предложила! – возмутился толстяк. – Очень неудобно таскать в пиджаке трубку, да и потерять ее легко. И у меня нет в портфеле ерунды, это у тебя в сумочке барахла навалом.

Я повернулась к Дегтяреву.

– Ну-ка покажи, что у тебя при себе.

– Сейчас? – удивился полковник. – И зачем?

– Все равно в пробке стоим, – вздохнула я, – мне просто любопытно, чем набит твой здоровенный портфелище. А я потом продемонстрирую содержимое своего клатча. У кого окажется больше ненужных вещей, тот проиграл и сделает выигравшему подарок.

– О! – обрадовался полковник. – Хочу мыло для бритья в черной коробке, забыл название фирмы. Оно очень хорошее, но дорогое, меня жаба душит самому его купить. Еще я хочу новый станок, а то мой сломался. В общем, с тебя мыло и приспособления для бритья.