– Угу, – весело отозвался Аваддон, глядя на розовеющую воду. – Поэтому они не встретятся, и Света не выйдет за него замуж. И не умрет в день свадьбы.

– Да, – с довольным видом подтвердил Агарес. – Не умрет.

Демон и ангел вернулись в зал: взяв по пиву, они смотрели на Светлану, носившуюся по залу и с казенной улыбкой раздававшую гостям пресс-релизы… Каждый сейчас вспоминал все то, что случилось в номере отеля «Балчуг», но не имел никакого желания делиться своими впечатлениями.

– Пора, – сказал ангел, отставив бокал с оседающей по стенкам пеной.

– Пора, – поддержал демон, одним глотком допив пиво.

Ангел вышел первым, подставляя лицо под теплый дождь. Впереди сияли очертания райского портала, невидимые для посторонних очей – заметные и близкие только ему одному. Демон задержался на пороге, оглянувшись на Светлану – в последний раз. Их глаза неожиданно встретились. Словно зацепившись за взгляд демона, девушка пошла к нему – через весь зал.

Демон не двигался с места.

Она приблизилась – он почувствовал запах ее волос.

– Простите, – откровенно смущаясь, сказала Светлана. – Нет, серьезно, я совсем не пытаюсь вас склеить… понимаю всю банальность… сама чертовски не люблю такие вещи… но… ваше лицо кажется мне ужасно знакомым. Скажите, пожалуйста… мы с вами раньше нигде не встречались?

Она замерла в ожидании ответа: волнуясь, неосознанно поправляя локон.

– Нет, – покачал головой демон. – Вы ошиблись.

Он миновал порог вслед за ангелом, растворившись в каплях дождя…

Эпилог

Дверь, отверстая в небе [101] , раскрылась сама: как и предписывалось. В ушах Иоанна громом отозвался звук небесных труб, небывало высокий, напоминающий фанфары. «Зачем, интересно, на небе дверь, – удивился апостол. – Стен-то вообще нет. Вполне можно было со стороны обойти». Воздвигнутый посреди Небес, Престол впечатлял своими грандиозными размерами – при желании на нем точно уместилось бы человек двести. Изумрудная радуга, окружавшая сооружение, слепила глаза переливчатым блеском. Сидящего , разумеется, на Престоле не было – но Иоанн и не предполагал его здесь увидеть. В импровизированной небесной комнате стоял страшный шум и грохот – от Престола исходили ярчайшие молнии, сотрясая пространство раскатами грома, с потолка и пола доносились загробные голоса, нараспев читающие молитвы на арамейском. Семь светильников у подножия Престола горели ровно – их огоньки не колебались, пламя стояло «солдатиком», превращая светильники в подобие электрических ламп. Хрустальное море – глубокое, нежное и искрящееся, разливалось по обе стороны, делая Престол своеобразным островом изнутри себя, словно мать, носящая в утробе младенца. Хрустальные волны тихо ласкали подножие Престола , омывая ведущие к нему ступени. Четверо животных, восседающих на специальных подставках, улыбнулись Иоанну – тот поприветствовал их, приложив руку к сердцу. Внешность этих странных существ была ему знакома – он видел их в том самом сне, когда ему явилось пророчество. Они « были исполнены очей сзади и спереди, и первое было подобно льву, и второе подобно тельцу, третье имело лице, как человек, и четвертое – подобно орлу летящему . И каждое из четырех животных имело по шести крыл вокруг, а внутри они исполнены очей ». Радуясь апостолу, животные хором мигнули сразу всеми глазами – включая и те, что располагались на их спинах, и внутренней стороне лебяжьих крыльев.

Как и положено, вслед за животными Иоанн увидел двадцать четыре маленьких престола , смыкавшихся в круг у большого. На каждом находился облаченный в белую одежду старец весьма преклонного возраста: обязательно лысый, с достоинством носящий седую бороду. Головы стариков облегали золотые венцы, украшенные красивыми вензелями.

– Здорово, отцы, – вежливо обратился к старцам Иоанн.

– Давно здесь сидим, – хором ответили те с раздражением.

Апостол откашлялся. Задание, данное ему Иисусом, было непростым.

– Итак, – начал он издалека. – Вы все наверняка хотите знать – почему же Господь наш допустил отмену Апокалипсиса, что, несомненно, ухудшает его имидж и реноме на Небесах? Я готов ответить на любые ваши вопросы.

– Хотим знать – это еще мягко говоря, – насупился первый старец, сдвигая к векам седые брови. – Скажи: для чего же тогда требовалось все начинать?

Иоанн погладил животное, похожее на тельца, – оно лизнуло ему руку.

– Святой старец, – набравшись терпения, сказал он. – Проблема в следующем: Господь наш и не планировал этот Апокалипсис как что-то серьезное…

По рядам старцев волной пронесся ропот откровенного возмущения.