Читаем Антропология и современность полностью

Если довериться «инсайду» Мелвилла Херсковица, то основу «Антропологии и современности» составили лекции, которые Боас прочел в 1927 году в либеральной нью-йоркской Нью Скул (Новой школе социальных исследований). Тогда «большой зал, отведенный для него, был переполнен мужчинами и женщинами, которые, как говорят, в основном находились под его руководством, будучи студентами, а в зрелые годы осознали, что не смогли воспользоваться возможностью, которая имелась у них в колледже»[5]. В книге были впервые сформулированы взгляды ученого на практическое значение культурной антропологии, что также представляло собой свежую идею во времена господства профессорских мантий и дубовых кафедр. «При написании настоящей книги, – заявил Боас, – я хотел показать, что некоторые из наиболее прочно укоренившихся мнений нашего времени с более широкой точки зрения кажутся предрассудками»[6].

На актуальность оценок, примеров, но особенно антирасистских (и антиевгенических) аргументов, содержащихся в книге Боаса, указывает еще одна его ученица Рут Банзл, предваряя издание 1962 года [после первого издания “Anthropology and Modern Life” (1928), были еще переиздания (1929, 1932 и т. д.)]. Именно на ее время приходится скандал в Американской ассоциации физических антропологов вокруг памфлета стойкого сторонника сегрегации, директора авиакомпании “Delta Airlines”, публициста Карлтона Патнэма. Его «Раса и разум: взгляд янки» – демагогия вокруг доктрины «разделенные, но равные». Книжка содержала множество околонаучной критики. При этом К. Патнэм отталкивался от идей антрополога Карлтона Куна, последнего крупного полицентриста, доказывавшего, что процесс сапиентации ранее всего начался и дольше всего шел не в Африке, а в Азии и Европе. Подобные взгляды уже плохо принимались антропологическим сообществом, и весной 1962 года ежегодное собрание ассоциации проголосовало за запрещение «Взгляда янки».

Что изменилось со времени, когда Банзл работала над своим «Введением»? Физические антропологи деконструировали само понятие «раса», приучили нас различать не столько биологические, сколько социокультурные его коннотации, что закрепилось в Декларации ООН о расе и расовых предрассудках (1979) и Декларации принципов терпимости ЮНЕСКО (1996). Но, увы, события последних лет показали: спор, а точнее открытый конфликт между сторонниками и противниками толерантного отношения к инаковому, вовсе не исчерпан. Серия, в которой “Anthropology and Modern Life” появилась в 1962 году, носила название “Books That Live” («Книги, которые живут»). Наверное, и нам не придумать ничего лучше столь емкого лозунга!

Игорь Кузнецов

23 ноября 2023 г.

«Американская антропологическая ассоциация отвергает возникающие последнее время в Соединенных Штатах Америки заявления о том, что чернокожие уступают белым в биологическом развитии или врожденных умственных способностях, а также вновь заявляет, что не существует научных доказательств, которые могли бы оправдать отказ какой-либо расе в правах, предусмотренных Конституцией США. Основные принципы равенства возможностей и равенства каждого перед законом вполне соотносятся с тем, что нам известно о биологии человека. Возможности, необходимые для полноценного участия в демократическом укладе жизни и современном технологическом обществе, присущи всем расам».

Данное постановление было принято 17 ноября 1961 года на собрании Совета членов Американской антропологической ассоциации, прошедшего в Филадельфии – колыбели американской демократии – и борцы за равенство и всеобщее братство, для которых демократия была вопросом морали, тем самым вновь заручились поддержкой научного сообщества. В этот исторический период, когда тень расизма вновь накрыла планету, переиздание крупным тиражом исчерпывающих представлений о расе и культуре, изложенных человеком, который, как никто другой, ответственен за создание понятийного аппарата и научной основы антропологического подхода к этой важной проблеме современности, пришлось как нельзя кстати. Книга «Антропология и современность», написанная после более чем тридцати лет исследований в области расы и культуры, стала выражением убеждений Франца Боаса. Более ранняя публикация на ту же тему была переведена на немецкий язык (Kultur und Rasse, Leipzig, 1914) и в конечном итоге заняла почетное место на аутодафе в нацистской Германии.