Читаем Антибомба полностью

– Продаешь здесь жилье – я тебе нашел аналогичное в Волгоградской области. Рвешь отношения со всеми. Есть у тебя близкие?

– Ну, Надька, вроде жениться хотели…

– Не много потеряешь?

– Да хрен с ней.

– Жизнь у нас будет яркая. И богатая. От стобаксовых купюр будешь прикуривать.

– Кого взрывать надо? – с оттенком заинтересованности произнес Долгоносов.

– Это в прошлом, Кузьма. Теперь пора и о себе думать…

Дальше все просто. У Долгоносова была важная особенность – он был внешне очень похож на Марида, благодаря чему с дальним прицелом ему и подарили тогда в горах жизнь. Такой же светло-голубой цвет глаз, такие же белобрысые волосы. Конечно, перепутать их было трудно. Но в целом телосложение, строение черепа очень походили. А лицо? Ну что лицо… Лицо можно нарисовать.

В результате Марид сделал пластическую операцию – хирург не только нарисовал ему нужное лицо, но и сбросил ему годы. А потом втихаря избавился от Кузьмы Долгоносова, забрав его документы, собственность, биографию, внешность. Благо в то время в армии не снимали отпечатков пальцев, так что обнаружить подмену таким образом было нельзя.

В Волгограде Кузьму никто не знал, и некому было увидеть подмену. И Мариду, помолодевшему, нацепившему новую личину и ставшему Кузьмой Долгоносовым, ничего не угрожало.

Он завел бизнес средней руки. Легко в нем преуспел. Но работа в фирме была лишь прикрытием. Слуга хаоса не может заниматься торговлей. Его удел – нести смерть. Поэтому, потратив полтора года на легализацию и обустройство, он однажды вышел на своего старого помощника Вакиля, который плотно работал с арабами. Они встретились в Турции и на крови поклялись, что не выдадут друг друга никому, даже заказчикам, родным, близким друзьям.

С самого начала у них были установлены четкие правила – связь с заказчиками только через Вакиля и при условии, что не будут предприниматься попытки установить личность Марида, вмешиваться в его действия. И работать террорист будет только со своими людьми. То есть приходит заказ, переводятся деньги, вслед за этим – громкий результат. Марид имел примерное представление о насыщенности экстремистских организаций агентами самых разных спецслужб и знал, что единственная возможность жить и работать продолжительное время – это максимальная скрытность и анонимность.

Так начался для Марида очередной этап его жизни. Пожалуй, даже гораздо более бурный и великолепный в своей разрушительности, чем все предыдущие. Ему было суждено стать истинным художником террора. Отец рисовал картины разрушения на холсте. Для Марида холстом теперь становился весь мир.

Ему заказали один теракт. Он исполнил его с блеском. Потом еще один. Результат превзошел все ожидания. Деньги текли рекой. Авторитет рос. Для спецслужб не было секретом, что громкие теракты в разных странах мира – плод деятельности Бешеного Марида, прославившегося еще в Ичкерии. Но предпринятые им меры безопасности срабатывали – конкретно о нем ничего никто не знал. Он был плотно окутан тьмой.

Марид зарекомендовал себя в высшей степени эффективным и талантливым исполнителем. Так что лучшей кандидатуры для организации теракта с использованием «грязной бомбы» не нашлось. На такое предложение он согласился сразу. Понял, что эта акция станет вершиной его творчества. И для этого готов был поступиться многим, даже вопросами конспирации. Смирился и с тем, что в акции будут участвовать посторонние люди. Это уже было не важно. Он решил для себя – если ему удастся выжить, то он, как змея, снова сбросит кожу – внешность, документы, жилье, и объявится в другом месте в другом качестве.

В один прекрасный день он отправился в Кручегорск и встретился в сквере в центре города с Мустафой Юсуповым, притащившим в область бомбу и спрятавшим ее в тайнике.

– Ты исполнил свое дело, – сказал Марид, разглядывая беззаботно раскачивающихся на качелях детей. – Передай бомбу. Дальше моя работа.

– Всему свое время, – возразил Мустафа. – Я жду приказа.

– Какого приказа? Они что, еще не все решили?

– Я не знаю. – Мустафа как-то раздраженно похлопал рукой по скамейке, на которой они устроились. – Я выполняю приказ.

– Они могут отменить все?

– Они все могут. Так что ждем.

– Ну хорошо. А если с тобой что случится? Кирпич упадет, гяур пристрелит…

– Спаси нас Аллах…

– Но всякое бывает. И что тогда с бомбой?

– В твоих словах есть резон, – кивнул Мустафа. – Наши хозяева…

– Твои…

– Хорошо. Мои хозяева подумали об этом. – Мустафа вытащил из кармана дешевый телефон «Нокия». – Это пеленгатор. Он укажет, где бомба, когда заработает маячок.

– А когда он заработает?

– Когда ты наберешь нужный номер и нажмешь на эту кнопку. – Мустафа продемонстрировал порядок действий с аппаратом и продиктовал цифры. – Запомнишь?

– Запомнил. На память не жалуюсь. – Марид взял телефон и попытался набрать цифры.

– Ты спешишь, – язвительно произнес Мустафа. – Не все так просто. Пеленгатор заработает лишь тогда, когда вставишь чип. Снимаешь панель. Там гнездо. Как раз для серебряного православного креста, в который вделан чип.