Внутри оказалось огромное помещение, целая лаборатория с кучей разных штук. Я поёжилась, чувствуя холодок, пробегающий по коже. Здесь было достаточно темно и холодно, а ещё невыносимо пахло хлоркой. Вокруг стояли различные ящички с медицинскими инструментами и просто мелким оружием. Пройдя чуть дальше, за стеклом я увидела Дира, который привязанный лежал на полу. На его шее был огромный колючий ошейник, а лапы перевязаны толстой верёвкой. Рядом с «аквариумом» стояло пару человек, в числе которых я с спины увидела Сандерса.
Люди в халатах тут же обратили на меня внимание, когда я подошла ближе, вопросительно смотря на капитана. Дерек махнул им рукой, хмуро взглянув на меня.
– Что ты здесь делаешь? – мне показалось, что он даже удивился, увидев меня тут. Я хмыкнула, говоря, что дверь была открыта. Тот закатил глаза, схватил меня за предплечье и отвёл в сторону.
– Посторонним сюда нельзя.
– Тогда лучше следите за тем, чтобы последний человек, вошедший сюда, закрывал за собой дверь, – спокойно проговорила я, наблюдая за тем, как из огромной лапы зверя берут кровь и проводят её по специальной трубе, будто фильтруя. Сандерс проследил за моим взглядом и закатил глаза.
– Хорошо, тебе же было интересно, что это за существо? – я напряглась. И откуда он вдруг решил выложить мне всё? Дерек выглядел взволнованным, начиная рассказывать мне о Дире. Оказывается, что это помещение и в самом деле небольшая лаборатория, где они изучают вирус, надеясь найти способ создать вакцину. Звучало это логично, ведь так люди могли восстановить свою цивилизацию, снова жить, не прячась на базах.
С самого моего приезда казалось, что они не изучают этот вирус, не пытаются бороться… Теперь я была даже рада.
Я кивнула, продолжая внимательно его слушать.
– У нас были
– А что если животные от голода могли питаться убитыми эльроинами? Или кровь эльроинов могла попасть в реку, тем самым распространяясь как эпидемия, – предположила я, задумчиво почёсывая шею. Дир за стеклом казался мне всё ещё таким же страшным, как в тот день, когда чуть не разорвал меня на части. Смотреть на него даже сейчас было жутко, поэтому я бегала глазами по полу.
– Может и так, но сказать точно пока нельзя, мы изучаем его кровь, большинство из них умирают во время наших опытов, поэтому приходится каждый раз ловить новых, – Сандерс потирает переносицу, кивая мне на выход. – Иди, не хватало, чтобы тебя Форбс ещё и здесь увидел.
Я угукаю, разворачиваясь и идя на выход. За спиной всё ещё слышно рёв, после чего скулёж и удары током. Двери за мной кое-как закрываются, и я выдыхаю. На панели всё также светится «ошибка».
Столкнувшись в коридоре с Рикки, я узнаю странную новость – парень, с которым мы вместе ездили на охоту пропал.
Нейт был легкомысленным, но отличным парнем, однако через неделю после приезда с охоты он исчез. Многие думали, что он просто заболел и отсиживается в комнате, однако спустя только пару недель его друзья по-настоящему хватились.
То-то Руён все эти дни был такой печальный и задумчивый. Я не решалась спрашивать, почему он садиться есть отдельно, или почему выглядит так паршиво, но теперь причина была мне ясна. Если Нейт пропал, то Руёну сейчас приходится нелегко, учитывая то, насколько близки они были.
Рикки теребила край своей бежевой кофты, взволнованно рассказывая о том, что Нейт бы не сбежал. Она знала его не так хорошо, однако они много разговаривали, и он казался ей хорошим парнем. Я не стала ничего говорить, в голове раздумывая о случившемся.
.
После новости о том, что Нейт пропал не было никаких объявлений по этому поводу. Я подумала, что скажут позже, однако даже спустя неделю ничего не изменилось. Его друзья утешали себя тем, что его просто отправили на специальное задание, и он скоро вернётся. Руён все также молчал, а я не знала, что думать.
Рикки ходила как в воду опущенная, и раздражало то, что я ничего не могла поделать. Расспрашивать о Нейте я не стала – по глазам подруги всё поняла. Рикки была эмпатичным человеком, всегда всех жалела и пыталась помочь. Сейчас она наверняка просто не хотела думать о том, что с ним могло случится что-то страшное. Я пробовала спрашивать Сандерса, но всё, что он мог сказать так это то, что он понятия не имеет.