Читаем Аннкорт полностью

С каждым днём мы становимся лишь ближе и это чувство предвкушения скорого «чего-то» греет мне сердце. Переведя взгляд на людей вокруг, я поняла, что нам аплодируют и улыбаются. Я смущённо киваю головой в знак благодарности, пока к Коди подходят несколько человек, расспрашивая о делах базы. Я не стала слушать разговор, а просто пошла к заливу. Солнце уже клонилось к горизонту и мне хотелось смочить ноги в воде и посидеть на тёплом песке.

Коди присоединяется ко мне через десять минут, садясь рядом.

– О чём думаешь?

– Обо всём и не о чём, – я пожимаю плечами, рисуя на песке всякие фигуры. – На Тагроне мне хорошо, я чувствую себя совершенно иначе…

– И всё же собираешься вернуться? – хмыкает Сандерс. Я хмурюсь, не понимая, почему он так против моего возвращения.

– Почему ты не хочешь просто принять это?

– Потому что.

– Это не ответ.

Я наблюдаю за сменой эмоций на его лице и ещё больше раздражаюсь. Коди хмыкает, даже ни разу не посмотрев на меня. Хорошее настроение мигом улетучивается. В этом был весь Коди. В один момент он милый и хороший, а через секунду – упрямый и раздражающий.

– Я просто не хочу, чтобы ты подвергала себя опасности, Форбс один раз уже подставил тебя, что мешает ему просто убить тебя в следующий? Ты же знаешь – оставайся здесь, сколько захочешь, я не буду переубеждать тебя, но мне эта твоя идея не нравится.

Я решаю промолчать. Резко встаю и подхожу к самой кромке воды. Волны сегодня совсем маленькие, и вода едва прибивает к берегу. Я складываю руки на груди.

– Спасибо за твою заботу обо мне, – решаю всё же сказать. Нельзя игнорировать то, что меня приняли на Тагроне с всей заботой, Коди лично приехал за мной в город, потому что боялся… Боялся, что я попаду в опасность. – Я согласна с твоим видением этого мира, с более гуманным видением. Раньше я думала, что эти чудовища недостойны жить, но ты напомнил мне о том, что они – это мы. Такие же люди, как мы…

Я громко выдыхаю, поворачиваясь лицом к Сандерсу.

– Однако я не перестану пытаться вернуться и убрать Форбса. Теперь он показал своё истинное лицо.

Коди смотрит на меня, немного щурясь от ещё не ушедшего за горизонт солнца.

– Значит будем продумывать план и там уже посмотрим, – парень вздыхает, подходя ко мне. Я вновь поворачиваюсь лицом к океану, чувствуя, как наши плечи соприкасаются. Из головы не выходили ужасные образы эльроинов. Мне только на днях кое-как удалось свыкнуться с тем, что теперь они – наша реальность, что это не замаскированные актёры, а реальные заражённый люди.

– Знаешь… – неожиданно прервал наше молчание Коди – Я надеялся, что рано или поздно, но мы с Дереком всё же помиримся.

Я смотрю на Коди и понимаю, что эта проблема имеет для него особый смысл. Не зная, что произошло, я не могла судить, но всё равно не понимала почему нельзя просто взять и поговорить, объясниться. Несмотря ни на что, я рада, что Коди, наконец, решает со мной поделиться своими чувствами.

– Почему вы поссорились?

– Разные взгляды на ситуацию, – усмехнулся Коди, смотря на меня. – Я не говорил, но изначально, когда весь вирус только-только начинался, Дерек уже знал об этом и наша семья готовилась перебраться на Аннкорт. Я оказался в центре событий, первые пару дней прятался в школе с Орландом, потом нас забрал его отец. – я видела, как тяжело давались эти воспоминания. Положив руку на плечо Коди, я надеялась поддержать его. – Мой же отец забрал меня от Орланда в этот же день, но, когда мы вернулись домой, Дерек стоял над телом нашей мамы, держа в руках писталет.

– Её… заразили?

Мне самой было не по себе, я будто его глазами видела историю.

– Он сделал это защищаясь, но я так разозлился… Набросился на него, а когда отец попытался нас растащить, то мама вдруг очнулась и кинулась на него… – Сандерс ерошит волосы, скидывая сланцы и заходя по щиколотку в воду. Я иду следом, прикасаясь рукой к его спине.

– Дерек пристрелил обоих трижды, после чего мы уехали.

Я поглаживаю парня по спине, второй рукой касаясь его щеки.

– Это была самооборона. – шепчу я.

– Я знаю, – Коди выдыхает эти слова, и я вижу, как в его глазах встали слёзы. – Но это было так жестоко… Я не спал больше двух суток. Дерек же всё глубже погружался в дела базы.

Я часто киваю, вздыхая.

– От моих родителей тоже остались лишь воспоминания, поэтому ты не одинок в своей боли, – я пытаюсь как-то приободрить Коди, нежно поглаживая его щёкц. Мысли о родных людях я тоже гнала прочь, пряча их как можно глубже, иначе боль парализует меня.

Это был первый наш такой откровенный разговор, и, кажется, Сандерсу стало немного легче. Я почувствовала, что прямо сейчас обязана перевести разговор в другое русло, отвлечь его. И в этот самый момент с стороны парка я вновь слышу тихо играющее пианино.

Я улыбаюсь, вставая перед Коди и беря его руки в свои, крепче их сжав. Парень вопросительно смотрит на меня. – Ты слышишь музыку? Это судьба, мы снова должны потанцевать!