Читаем Аннигиляция полностью

— Думаю, нам лучше бежать, — сказала Борбала.

Голос капитана раздался по всему нутру корабля. Те, у кого хватило духа дослушать его, пошатываясь, направились к выходу сквозь реку разорванной кровавой плоти.

— Пожалуйста, сохраняйте спокойствие. Образуйте очередь и проследуйте в медотсек за лечением. Повторяю: пожалуйста, сохраняйте спокойствие, образуйте очередь и проследуйте в медотсек за лечением. Будьте терпеливы, друзья мои, и мы ещё увидим наши новые миры.

Они побежали. Они бежали так, словно Борбала Феранк была в расцвете сил, а Анакс Терион не тонула в собственном поту. Они бежали, будто это в итоге могло что-то решить. Будто помещение не было розовым от смеющихся и поющих ханаров, крутящихся в танце, как ликующие монахи. Будто были уверены, что когда-нибудь убегут отсюда.

— Будьте терпеливы, друзья мои, и мы ещё увидим наши новые миры.

— Здесь, — тяжело дыша, сказала батарианка. — Это здесь. Где-то… Ох, да ты смеёшься, что ли? Это, должно быть, забавная шутка, да? Вселенная решила позабавиться за счёт старой Борбалы. Просто уморительно, поистине триумф комедии во всей известной Вселенной… Отвали от моей заначки, мерзкий пузырь! — прорычала она.

Исс, обвив щупальцами сравнительно небольшой ящик, свернулся вокруг него и с вожделением смаковал содержимое. Ханар поднял на них взгляд: его клиновидная голова покрылась волдырями, словно он стоял слишком близко к солнцу.

— Анакс Тееееерион! — пробулькал он. — Этот скучал по тебе! Посмотри, что этот нашёл! Это поразительно, это чудо, которое даровал нам День Опустошения!

Ноздри и пищевое отверстие ханара были покрыты красным песком.

— Ох, Бала, — вздохнула Анакс. — Не стоило.

Борбала Феранк, бывшая хозяйка самой большой преступной семьи в своём секторе, тихонько напевала:

«Ведь я батарианец,

И если в бой зовёт труба —

Жизнь изопью свою до дна».

— Хочешь попробовать? — снова забурлил ханар. — Здесь хватит на всех! Идём, дреллка, этот назовёт тебе своё духовное имя, и мы вместе посмотрим, как гибнет Вселенная.

Анакс Терион презрительно выдохнула. Она вытянула руку и активировала стазисное поле, подняв ханара в воздух, как мешок с солью.

— Твоё духовное имя «Дерьмо вместо мозгов», — отрезала она. — И ты пойдёшь со мной.

Дреллка снова посмотрела на красный песок, затемнённый синим биотическим свечением; её разочарование в батарианке смешалось с благодарностью.

— Ну? — сказала она самой опасной женщине на Кхар'шане. — Ты идёшь?

— Да, дорогая, — прошептала Борбала с чувством, очень похожим на отвращение к самой себе.

В кварианской зоне было тихо. В коридоре выстроилась стройная очередь, и пожилая женщина брала у всех кровь на анализ, поглаживала по головам, утешая их этим успокаивающим сигналом. Здесь было не так, как в других частях корабля: кварианцы умели вести себя в критической ситуации в глубоком космосе. Даже несмотря на то, что все были в ужасе. Даже несмотря на то, что один мужчина из очереди свалился на пол, и его пришлось унести. Кварианцы понимали, что корабль, который поддерживает тебя, всегда может обернуться против, и меньшее, что ты можешь сделать, — не помогать ему в этом.

— Во имя Ранноха и новой родины, что это? — выдохнула капитан Кетси'Олам.

Она стояла в дверном проёме квартиры Сенны'Нира, взирая на обломки различной техники.

— Не смотри. Всё не настолько плохо, если не смотреть, — сказал Сенна, пытаясь удержать свои руки от дрожи. «Никогда никому не рассказывай. Ты не должен никому рассказывать». Но время пришло, а она была его капитаном, его Кетси — и вправду, если кто-то и должен однажды нарушить обещание, то это будет он и прямо сейчас. Кетси шла против правил всю свою жизнь. Она поймёт. А поймёт она потому, что его секрет спасёт их всех.