Читаем Анна К полностью

– Я знаю, прозвучит странно, но было проще позволить всем думать, что мы трахаемся. Я бы сказала тебе правду, но ты никогда не спрашивала.

– А спрашивать уже слишком поздно? – тихо осведомилась Кимми.

Лолли ответила, что ждала момента, когда знала бы, что эмоционально готова. Она хотела быть уверена, что без ума от парня, прежде чем пуститься во все тяжкие. В принципе, она мечтала, чтобы это было нечто особенное, поскольку это уникальный случай в жизни. Она наблюдала за лицом сестры, пока исповедовалась ей, и втайне была довольна видеть, как глаза Кимми распахиваются от удивления, становясь шире и шире.

Однако вскоре Кимми оправилась от потрясения и поняла, что ее собственный опыт невероятно далек от опыта Лолли. И если в первый раз старшая сестра занималась сексом только ради любви, то ради чего же был ее собственный первый раз?

XV

Библиотека Академии Гринвича была последнем местом, где Вронский ожидал увидеть кузину Беатрис в понедельник, но когда он обогнул стенды с журналами, то обнаружил ее, сидящую за столом напротив стены и набирающую что-то на своем золотом макбуке.

Почувствовав на себе пристальный взгляд, Беатрис подняла голову и оторвалась от эссе, которое она плагиатила из теологической статьи сводного брата.

– Из всех библиотек города и мира он должен был прийти именно сюда, – сказала она кузену. – Что случилось? Классный шлем.

Вронский пробежался пальцами по волосам и отмахнулся от Беатрис, затем сел рядом, положив мотоциклетный шлем на стол между ними.

– Непослушная девочка, не отвечающая на сообщения любимого кузена после поста для самых близких друзей о том, как она сбегает из дома в два ночи. Мне пришлось мчаться сюда: я хотел убедиться, что ты не плаваешь лицом вниз в джакузи какого-нибудь наркодилера.

– Я тебя умоляю. Я могу нюхать кокс, когда вся школа уже попадала под стол, – съязвила Беатрис. – А ты написал мне лишь пару часов назад. Я занятой человек, Ви, ты же в курсе.

Вронский потянулся через стол, одним быстрым движением перевернул ноутбук Беатрис и уставился в экран.

– Впечатляюще. Я был уверен, что ты висишь на каком-нибудь желтом сайте, проверяешь, что пишут о последнем блеске для губ «Кендалл».

– «Кайли» – название косметического бренда, тупица. А Кендалл Дженнер – это модель[45]. – Но тут Беатрис сообразила, что кузен специально дразнит ее.

– «Итак, тогда как Бог называет себя в качестве причины, отделенной от следствия, метафизическое разделение между Каином и Авелем, осуществленное до потопа, иллюстрирует для читателя действие, предшествующее причине», – процитировал Вронский. – Ну и ну! В конце концов, под всеми этими наращенными волосами может скрываться мозг. – Вронский закрыл ноутбук и посмотрел на кузину. Теперь следовало остановиться и не дразнить Беа, чтоб она не врезала ему в яремную вену. Она нужна ему, и он знал, что она тоже это знает.

– Планы на тусовку еще в силе? Она состоится? – спросил он. – Я думал, ты устроишь пижамную вечеринку, пригласишь ее на ночь?

– Ага, вполне возможно, если б нам было двенадцать. – Беатрис закатила глаза, глядя на младшего двоюродного брата. Никогда раньше она не видела, чтобы Вронский впадал в такое отчаяние из-за девушки. Она бы с удовольствием поджарила кузена заживо за то, что он такой подкаблучник, но в его страстном увлечении Анной таилось нечто такое, что казалось ей довольно милым. Впервые она видела, чтоб он по-настоящему старался. Беа редко удивлялась людям, но ей стало интересно, действительно ли Алексей так влюблен в Анну, как он утверждал. В последние два года она видела, как он вскружил голову стольким девушкам, и в вельде не было льва, который мог бы быстрее догнать газель. Любопытно узнать, постигнет ли Анну та же участь.

– Ви, я сама разберусь, о’кей? – предупредила она. – Я слышала, она уехала в Бостон в прошлые выходные, а в ближайшую субботу вечером должна быть свободна. Мои гарвардские шпионы следят за Гринвичским Стариком, чтобы сообщить, как только он приедет в город. Скоро день рождения его сводной сестры, и кто знает, когда состоится ее маленький грустный вечер. В прошлом году к ней пришел искусствовед и прочитал лекцию о византийской мозаике… на ее день рождения! Даже самый упоротый придурок не планирует такое на собственный юбилей!

Вронский слушал кузину молча, слегка расслабившись: он понимал, что у Беа все под контролем. Не то чтоб он сомневался в ее мастерстве манипулятора, но ожидание сводило Графа с ума. Он не видел Анну уже почти две недели и был в курсе, что она уезжала на выходные в Бостон. Сначала у него возникло искушение последовать за ней, но он решил, что, появившись в поезде, будет выглядеть как преследователь. Кроме того, он не очень хорошо знаком с Бостоном, и он не хотел мучиться, разыскивая девушку. Если б он был предельно откровенен с собой, то усомнился бы в том, что смог бы спокойно наблюдать за Анной, видя ее в компании бойфренда.

– Красавица Беа, я ведь говорил тебе, как я боготворю и тебя, и все, что ты делаешь для меня в последнее время?