Читаем Английский дневник полностью

Яйцо продолжало жить у меня на полке. Когда я вернулся в Лондон (из-за локдауна мы не торопились, так что контракту было уже почти три месяца, когда я снова оказался вблизи салона «Водафона»), я зашел в салон. Ожидая ответа, что отменять контракт поздно, и мои 200 фунтов пропали, получил совершенно другой: «Мы не можем отменить контакт в салоне, вы можете сделать это только онлайн».

Я снова зашел на сайт «Водафона», вооружившись добытым из бумажек, полученных при покупке контракта, знанием о номере контракта, номере симки, и заручившись туманным советом менеджера салона: «Попробуйте год вашего рождения как ПИН, мы часто ставим такой ПИН, не спрашивая клиентов». Сайт уверенно идентифицировал меня по моему мейл-адресу и предложил мне общаться о моем номере телефона: он не понимал, что на один мейл адрес записан и телефон и mobile wi-fi. Последним шансом был звонок оператору. ПИН сработал (!!!), я идентифицировался и наконец получил тот ответ, которого ждал: я опоздал, 200 фунтов пропали, для разрыва контракта я должен позвонить через год.

Кстати, я проводил себе Интернет на Кипре через местного оператора (не через «Ситу», которая гордо называет себя Cyta-Vodafone, но в салоне, которой в ответ на просьбу настроить водафоновский телефон ответили, что с «Водафоном» они ничего общего не имеют). Я сделал заказ в 16 часов вечера. В 10 утра двое рабочих – турок и малазиец – уже устанавливали у меня Интернет. В 11 утра он работал как часы. Я оплатил только стоимость роутеров, остальное бесплатно. Еще в салоне я безуспешно пытался выяснить, как войти в личный кабинет на сайте и оплатить трафик. Девушка все время говорила мне «Вы не волнуйтесь, мы вас не отключим. Мы вам вообще, наверное, подарим трафик до Нового года, а потом просто переводите нам деньги помесячно, можете после конца месяца». Вопрос «как переводить» оставался без ответа, видимо греческая девушка с длинным носом и огненно-черными кудрями думала, что господин с ней шутит (она явно не знала ничего о «Водафоне»). Правда раскрылась уже в январе, когда напользовавшись бесплатным трафиком, я решил все же заплатить за январь. Я зашел на сайт, нажал кнопку «оплатить», ввел свой мейл, ввел сумму, ввел реквизиты российской карты, нажал OK. Сайт сказал: «Эвхаристо». Я не поверил и поехал в салон.

Та же девушка на том же месте. «Скажите, можно ли проверить мой платеж?» – спросил я. Девушка захихикала, но без энтузиазма. «Господин видимо решил поухаживать, но он стар и глуп», – скорее всего, думала она. «Конечно, – сказала девушка, – какой у вас мейл?» Платеж оказался на месте. «Скажите еще, милая девушка, – спросил я несколько ошарашенный доступностью сервиса, – если я хочу заморозить контракт на время, когда я уехал – как это сделать?» «Позвоните нам и скажите, что вы уезжаете. А когда будете приезжать, позвоните, и мы включим трафик». – «И вы не будете меня идентифицировать по телефону?!» Тут девушка захихикала громко и искренне. «Какой смешной господин, – наверное подумала она, – как он нелепо ухаживает за мной. Что он хотел, чтобы я делала ему по телефону?»

В общем, остров острову рознь. А с «Водафоном» я все равно не расстанусь: в моем районе в Лондоне (десять минут на такси до центра) только у «Водафона» приемлемое покрытие.

Мы живем в Лондоне. Собственно, жить в большом шумном городе, в котором цены на недвижимость определяются арабскими шейхами и российскими чиновниками, а уровень чистоты – нелегальными мигрантами, никогда не было моей целью.