Читаем Английская тайна полностью

И это уже живя в Англии Сашок узнал, что все было не так однозначно. Что жестокость подавления была реакцией на зверства сипаев, убивавших британцев, в том числе мирных жителей, сотнями. Насилуя женщин, включая совсем юных девочек. И, что важнее всего, лондонское правительство сделало далеко идущие выводы из произошедшего, учло многие требования восставших и пошло им навстречу. С местными феодалами стало договариваться, но и их всевластие ограничило законом об аренде. Провозгласило религиозную терпимость. Перестало вмешиваться в социальные вопросы (а раньше пытались заниматься строительством западного типа демократии). Ликвидировало ненавистную индийцам Ост-Индскую компанию, сделав всех местных жителей подданными королевы Виктории, а не собственностью жадных капиталистов…

А что, спросил как-то Джон Сашка, сделала Российская империя после среднеазиатского восстания, когда были убиты сотни тысяч человек и полмиллиона бежали в Китай? При том, что и там обе стороны совершали жуткие жестокости. Но на какие уступки пошла Российская империя? Сашок не мог вспомнить, хотя про то восстание что-то бегло говорили в школе…

Еще в одной статье, в случайно попавшей в его руки российской газете, Сашок прочитал неожиданное мнение. Дескать, империи бывают разные. Они разный образ жизни в себе несут. Российская, например, несла покоренным «стабильность», что, может, и недурно, но, с другой стороны, она же — есть сохранение феодального рабства. Британская, пусть и со всеми типичными для того времени эксцессами, обеспечивала создание квазипарламентов (ставших потом парламентами полноценными), независимых судов, утверждение главенства закона… Но в итоге британцам удавалось распространить по миру свое мировоззрение, и этим они очень гордились. Парадокс: захватывали колонии из чисто меркантильных соображений, но в итоге как-то так само получалось, что невольно приносили с собой прогресс…

В откликах на ту статью содержались противоположные оценки. Один из рецензентов объявил автора статьи русофобом, другой — наоборот, бесстрашным публицистом, говорящим беспощадную правду. Сашку не понравился ни тот, ни другой, ему хотелось побольше доказательных фактов, а не обзываний или восхвалений. Так что окончательного вывода для себя в этом споре Сашок сделать не смог за недостатком знаний.

В одной книжке Сашок вычитал, что в период своего расцвета Британская империя была в три раза больше французской, в десять раз больше германской. В начале ХХ века она покрывала 25 процентов земной суши и в ней жили 444 миллиона человек — примерно четверть населения планеты. Британия при этом стала еще и мировым банкиром, и ее инвестиции за рубежом составляли 3,8 миллиарда фунтов — в два раза больше французских. (И что там сочинял Ленин, будто именно французский империализм отличался прежде всего экспортом капитала?)

А каков был придуманный англичанами золотой стандарт? И это очень типичный пример: ведь он был изобретен исключительно для того, чтобы собственные экономические интересы империи удовлетворять. А получилась мировая финансовая система, с более высокой степенью интеграции, чем все, что пришло ей на смену. Американцы, правда, потом все провалили — вели себя слишком догматично и в условиях жестокого кризиса не справились.

Южноафриканский генерал Смэтс говорил, что Британская империя в итоге оказалась «широчайшей системой организованной свободы — каковой до сих пор никогда не существовало в истории». Но Южная Африка — сама по себе — интересный пример. Ведь там, при радостной поддержке России и Германии, буры создали государство апартеида, которого однозначно британские колонизаторы не допустили бы, если бы смогли…

Конечно, лорд Керзон слегка преувеличил, когда утверждал, что «Британская империя — божественною волею величайший инструмент добра, который только видел мир».

Но доля истины в этом все же была: никто не сделал так много для свободного движения товаров, капитала и рабочей силы в девятнадцатом и двадцатом веках. Ни одна другая организация не преуспела настолько в распространении по миру западных норм права и методов управления. Навязывать, конечно, плохо, но страны, которым ничего навязать не удалось, оказались в итоге в проигрыше…