Читаем Английская свадьба полностью

На протяжении всего времени, пока они по очереди выступали, маленький черный ребенок среди гостей никак не мог понять, почему слушают их, а не его, и все время пытался ораторов перекричать. Невоспитанной черной мамаше в голову не приходило, что можно из зала выйти или хотя бы приструнить свое чадо, а воспитанные официальные англичане притворялись, что ничего не происходит. Под конец в другой части зала к нему присоединился еще один – тоже маленький черный ребенок, – только уже не возгласами и беседой, а диким ревом. Наконец, после 5-10 минут этих параллельно развивающихся событий (я при этом восхищалась тем, что ораторы, говорившие без бумажки, не давали себя сбить с толку) мамаши с этими детьми нехотя покинули зал – но к тому времени уже и речи, собственно, поиссякли.

Тут каждого из новоиспеченных британских граждан по очереди стали вызывать по имени из зала, и представитель Ее Величества вручал ему сертификат о натурализации – важный документ, подтверждение британского гражданства. И жал руку, и перекидывался парой-тройкой приветливых слов.

Вице-президент тоже жал руку и поздравлял, а потом официальная девушка выдавала каждому папочку с информацией о том, что делать дальше, чтобы получить паспорт, и дарила по небольшой картине с видом главной достопримечательности той части графства, где каждый из нас живет. Мне досталась довольно милая картинка Корфкасл – руин замка Корф, который когда-то разрушил Кромвель.

Под конец те, кто захотел, сфотографировались с представителем Ее Величества и вице-президентом, и на том церемония закончилась. При этом все было так мило, что как-то и расходиться по домам не особенно хотелось… К нашей с Джеймсом радости, Майкл и Линда пригласили нас в гости, подарили мне букет цветов и открытку с поздравлениями (без этого ведь нельзя!) и накормили отличным ужином. Я чувствовала себя именинницей, и часть вечера мы провели, обсуждая то, что будет написано в моем новеньком английском паспорте в графе “национальность”. (Мне казалось, в нем должно стоять, что я русская, но при этом гражданка Великобритании.)

Дома, усталая и довольная, открываю папочку с инструкциями по поводу получения паспорта и выясняю, что рано мы с Джеймсом принялись праздновать и веселиться. Мне снова нужно заполнять очередную форму (как все наверняка и так догадались) и получать рекомендации от серьезного человека, который был бы священником, или полицейским, или судьей, или какой-нибудь другой местной знаменитостью и при этом не являлся бы моим даже самым отдаленным родственником. Причем владельцем собственного бизнеса он быть не мог, а должен был состоять на государственной службе. Я сразу заподозрила, что именно на этом последнем задании с рекомендацией многие претенденты на английский паспорт и сходят с дистанции. Скажите на милость, у скольких иммигрантов в друзьях ходят местные священники, полицейские или судьи? Которые притом знают этого иммигранта больше 3 лет и могут рекомендовать его с положительной стороны? По счастью, Джеймса осенило, что наш приятель и бухгалтер Майкл обладает всеми нужными характеристиками и что раз уж он был моим гостем на церемонии клятвы Ее Величеству, мы имеем полное моральное право его об этой рекомендации попросить. Я же подумала: “Бедный Майкл! В другой город на церемонию мотался, ужином кормил, открытку писал – а теперь еще и поручаться за меня должен!”

Накануне мы очень тепло попрощались с ним и его женой, договорились держать их в курсе наших дел и пообедать вместе через недельку-другую. Каково же было их удивление, когда уже утром следующего дня Джеймс звонил им по телефону с “радостной” вестью, что снова едет к ним в гости – за поручительством. Они, как люди вежливые, от комментариев воздержались. Тут я опускаю детали: бедному Майклу пришлось лицезреть нас с Джеймсом в течение этой недели пять раз – каждый раз с очередным вариантом злополучной формы и с физиономиями, которые раз от разу становились все мрачнее. А под конец у всех нас случился припадок истерического смеха – мы вчетвером (включая жену Майкла) не могли поверить, что трое взрослых людей с непоследним IQ в течение недели не могут правильно заполнить каких-то два дурацких листа бумаги! Я при этом периодически позванивала в 24-часовую службу ответов на вопросы о паспортах и аккуратно вызнавала – может, и так моя форма сойдет, там всего-то-навсего маленькая ошибка (например, перед номером моего телефона мы забыли поставить ноль), – и мне каждый раз жестко отвечали, что нет, точно не сойдет… Короче, последний вариант формы мы посылали Майклу на подпись заказной почтой с другого конца Англии, из Корнуолла, – просто потому, что на моих фотографиях, которые он должен был удостоверить, он поставил дату на день раньше той, что была вписана в форме.