Он сидел на скамейке, заранее закутавшись в марево неприметности, и всё следил, как она бегает из дома в дом, помогая грузчикам и родителям с переноской вещей.

К вечеру он понял, что беспомощен.

Исира определил её себе, чтобы выжить. Теперь это стало отчётливо ясным.

Дэй-Ассу девушка понравилась. И он не мог решиться на то, чтобы отдать её фениксу. Маг уговаривал себя, что ему нужно привыкнуть к этой мысли.

Но попал в ловушку. С одной стороны, Исира ждал, когда можно будет восстановиться и помочь ему с Дасти. С другой стороны, Дэй-Асс просто не мог представить, что он своими руками обречёт человека на смерть.

Феникс не подгонял его, будто выжидая, что человек привыкнет к мысли о жертве. Но его желания, едва Дэй-Асс приходил навестить его в подвале, то и дело возникали проекцией перед внутренним взглядом человека: маг должен привести к нему девушку.

А Дэй-Асс всё сомневался. Но затянутое время сомнений вскоре обернулось против него же. Теперь, приходя в подвал, он ничего не видел. Никаких проекций. Чёрный Пёс лежал, отвернувшись, не глядя на входящего, словно поняв, что маг и не собирается приводить к нему девушку с нужной кровью. Но и не говорил ничего. Пока Дэй-Асс не обнаружил, что феникс сам старается решить свою проблему, пробив пространство между собой и девушкой и из последних сил дотягиваясь до её крови.

Маг пытался тоже по-своему решить проблему умирающего существа. Он предлагал ему выходить хотя бы по ночам, чтобы набираться сил стихий. Но феникс молчал, и исподволь Дэй-Асс понимал вложенное в него Чёрным Псом знание: яд Зверя можно убрать только с помощью крови этой девушки. Иначе яд убьёт Исира.

Тогда маг принялся ограждать девушку от попыток феникса проникнуть к ней через пространство и вытянуть кровь. Он перестал спать по ночам, специально включая нехорошую музыку на всю мощь, хотя понимал, что соседям это не понравится. Но пока они терпели. Грохот в стены прекращался скоро. Да и не всегда долго «гонял» он эту странную музыку и странные песни.

Три месяца спустя, когда с фениксом стало совсем плохо, Дэй-Асс решился. Случай познакомил его с соседкой и ввёл его в её дом.

Едва он стал к ней ближе, фобия разыгралась так, что теперь он вообще никуда не мог ходить один. Даже в те магазины, куда раньше, скрипя зубами, но мог заходить.

Лиза легко, как он и предполагал, пошла на общение с ним. А он — стыдился её участия. Его роль в происходящем была проста: он должен влюбить в себя девушку, чтобы она ему доверяла, а потом привести к Исира.

Однажды он пришёл ночью к Исира и равнодушно сказал:

— Я переживу своё клятвопреступление, но этой девушки ты не получишь.

Феникс молчал, уткнувшись лицом вниз. И маг устыдился. Он — таким тоном говорит с умирающим существом… Но и с собой ничего поделать не мог. Поэтому ушёл.

В ту ночь он открыл дверь в квартиру Лизы и вошёл. Заметило его только одно магическое существо, которое жило в доме Лизы, — домовой. Причём Дэй-Асс знал, что девушка видит домового. И нисколько этому не удивлялся. Возьмись кто-нибудь за обучение Лизы, она стала бы сильной магиней.

В ту ночь он обошёл все комнаты её квартиры, поставив везде обереги.

А потом спустился в подвал, чтобы сказать о сделанном Исира.

Тот лежал, обессиленно разбросав руки, и еле дышал. Но после услышанного от мага слегка приподнял голову и засмеялся. Без звука. Смеялся, изредка кашляя и кривясь от боли. Но смеялся недолго. Пока изо рта не хлынула кровь. Тогда он затих и снова расслабился на земле.

Магия стихий, которую время от времени вливал в него Дэй-Асс, уже не помогала поддерживать тело феникса в более-менее нормальном состоянии. Яд Зверя продолжал убивать его. И Дэй-Асс был готов умереть сам, только чтобы не решать непостижимую проблему. Тупик. И он не видел выхода.

А девушка к нему привыкла. Это точно. Она воспринимала его как очень близкого человека. Он понимал, что легко может уговорить её пойти вместе в сарай… И…

Он не мог представить, как своими руками даст убить её.

А тут ещё дети…

И, когда она ворвалась к нему утром, ведя за собой Исира, он был не просто ошеломлён. Он смотрел на улыбающегося феникса и видел, как тот смотрит на Лизу. И как смотрит на него, на мага. Предвкушающе. Как будто заранее предвкушает момент, когда начнёт убийство на глазах Дэй-Асса.

А девушка ничего не понимала и вела себя так, словно в её глазах Дэй-Асс — преступник. И он опять ничего не мог с этим поделать. Она так жалела Чёрного Пса, что не замечала ничего.

19

Боюсь, я вела себя здорово по-хамски. Пока взъерошенный со сна Денис закрывал за нами дверь, я втащила послушно следующего за мной феникса в первую попавшуюся комнату. Он оглядывался вокруг с насмешливым интересом, хотя что может быть смешного в пустой комнате?

— Ты наложил на него заклятие, чтобы он не мог выйти из сарая! Тебе не стыдно? — первым делом обвинила я вернувшегося Дениса, который хмуро встал на пороге комнаты и, кажется, не собирался входить.

— Нет никакого заклятия, — так же хмуро ответил он. — С чего ты взяла?

— Но… — растерялась я. — Но Исира сказал…