Читаем Андромеда полностью

Когда они добрались до кафе, было уже очень поздно. У северной стены домика буран намел большой сугроб. В задней комнатке Рейнхарт и Осборн, кутаясь в пальто, расставили карманные шахматы и играли — рассеянно и плохо. Флеминг был слишком подавлен и оглушен, чтобы доказывать свою правоту. Он предоставил объяснения Джуди, а сам сидел, ссутулившись, на жестком стуле, пока Рейнхарт задавал вопросы, а Осборн произносил тирады, полные горьких упреков.

— Как вы посмели так обмануть меня? — Осборн утратил обычную изысканность. От его дипломатической выдержки и невозмутимости не осталось и следа: он был слишком потрясен. — Я дал согласие участвовать в этом только потому, что рассчитывал получить веские доказательства для министра. Но это положит конец его карьере, да и моей тоже!

— И моей, — вздохнул Рейнхарт. — Впрочем, пожалуй, я согласен пожертвовать ею ради уничтожения машины.

— Но ведь она не уничтожена! — возразил Осборн. — Он даже с этим не сумел справиться. Если уж уцелел оригинал передачи, машину можно построить вновь.

— Моя оплошность, — выговорил Флеминг. — Готов взять на себя вину. Осборн презрительно фыркнул.

— Ну, это не спасет нас от тюрьмы!

— Так вот из-за чего вы волнуетесь! А вас не тревожит восстановленная машина и новое существо с такой хваткой, от которой уже больше никогда не избавиться?

— Но, может быть, еще можно что-то сделать? — спросила Джуди. Все посмотрели на Рейнхарта. С их помощью он принялся тщательно взвешивать все возможности, словно проверяя вычисления, но так и не нашел выхода. Не было ни малейшего шанса раздобыть ключ до наступления утра, а к тому времени Джирс уже узнает и все начнется сначала. Сами они были твердо убеждены в правоте Флеминга.

— Беда заключалась в том, что он не сумел довести дело до конца.

— Остается только одно, — сказал Рейнхарт. — Осборн должен вернуться в Лондон с первым же поездом и сделать удивленный вид, когда все это станет известно.

— А куда же я, по-вашему, уезжал — осведомился Осборн.

— Вы побывали здесь и после краткого осмотра уехали. Остальное случилось после вашего отъезда — чистая правда, между прочим. И знать об этом вы не могли.

— А «чиновник», который был со мной? Он уехал с вами.

— А кто же был этот «он»?

— Любой, кому вы можете доверять. Застращайте кого-нибудь или дайте взятку, лишь бы он сказал, что приезжал сюда с вами из Лондона и с вами же уехал. Вы должны обелить себя и сохранить ваше влияние. Мы все должны как-нибудь вывернуться. Джон прав: они снова построят машину, и следует сохранить хоть одного из нас, к чьим советам могли бы прислушаться.

— Ну, а кто же разбил машину? — спросил Флеминг. Профессор слегка улыбнулся.

— Девушка. Может быть, они придут к выводу, что она помешалась и восстала против машины и либо была убита током, либо умерла от шока, из-за отчаяния, в которое наказание ввергло ее. Впрочем, пусть сами подыскивают объяснения. Как бы то ни было, она мертва и ничего не сможет отрицать.

— А вы уверены, что она действительно мертва? — спросил Осборн у Флеминга.

— Хотите осмотреть труп?

— Спросите лучше у меня, — сказала Джуди с горечью. — Я видела мертвыми их всех.

— Ладно! — Флеминг встряхнулся и обратился к Рейнхарту: — А что делали Джуди и я? Профессор сразу ответил:

— Вас там не было. Известно только, что после нас в здании оставались оператор и мисс Адамсон. Они ушли вместе, а все это случилось потом.

— Не выйдет, — сказал Осборн. — Будет черт-те какое расследование.

— Ничего другого нам не остается. — Рейнхарт слегка поежился. — Как ни посмотреть — дело скверное. Они сидели в пальто вокруг стола, ожидая, чтобы кончилась ночь и прекратился снегопад.

— А движение поездов не прекратится из-за заносов? — спросил Осборн немного спустя. Рейнхарт склонил голову набок, вслушиваясь в удары ветра по крыше.

— Вряд ли. Метель, кажется, стихает. — Он посмотрел на Флеминга. — А как вы, Джон?

— Мы с Джуди вернемся в городок на машине. Когда мы ехали сюда, дорога была вполне приличная.

— Тогда лучше отправляйтесь сейчас же, — сказал Рейнхарт. — Сделайте вид, что просто развлекались, и сразу возвращайтесь к себе. Вы ничего и никого не видели.

— Ну и ночка для увеселительных поездок! — Флеминг устало поднялся и обвел всех взглядом. — Мне так жаль. Правда, очень жаль! Он вел машину почти вслепую сквозь снег, и Джуди чуть ли не каждую минуту протирала ветровое стекло; впрочем, буря слабела, Флеминг высадил Джуди у ее домика и свернул к своему. Он настолько устал, что ему не хотелось выходить из машины. Было около часа ночи, и городок замер под белым саваном. Когда Флеминг открыл дверь, то по контрасту с заснеженной землей темнота в его комнатушке показалась ему непроницаемой. Он стал шарить по стене в поисках выключателя и только нащупал его, как чья-то чужая, замотанная бинтами рука легла на его руку. На мгновение его охватил дикий страх, но он тут же стряхнул руку и включил свет.