— А, — отмахнулся я. — У нас тут такое, короче, что это и не обман был, а так… легкая шалость. Слушай сюда, Костян. Ты же водилу моего знаешь? Мишку Поца? Так вот, двадцать примерно лет назад, мы с Михой и другими пацанами пошли смотреть на мумию Алтайской принцессы…

Глава 7. Вода

Сколько нужно времени, чтоб разбить лагерь? Два часа? Ну это, внучок, смотря какой! Если обычный, туристический, то да. Пары часов вполне хватит. Люди военные провозятся немного дольше. Им ведь еще и о возможной обороне места ночевки нужно подумать. Но все равно, вряд ли у них уйдет на все про все больше дня.

Давным-давно, когда я еще был молод и наивен, всерьез полагал, что на обустройство быта на новом объекте строителям вполне хватит трех дней. Ну типа, день — завезти вагончики и подключить их к электричеству. День на заселение, устройство отхожих мест и умывальников. Ну и последний, третий — на всякие мелочи, вроде прокладки, где это нужно, дощатых настилов, навесов, скамеек и столов. Кухня, радиоточка и все такое…

Короче. Узбеки занимались этим больше недели, и все равно по вечерам продолжали визжать пилы и стучать молотки. С ними ведь как?! Кинулись они, допустим, скамейки колотить. И обнаружили, что нет гвоздей соток. Думаете они возьмут имеющиеся сто двадцатые и просто загнут потом торчащие острия? Хрен то с два! Вся толпа сядет в тенечке на корточки, а бригадир побежит к прорабу. Тот или выдаст нужное, или придет, покричит пять минут на чисто военно-строительном языке, в процессе разъяснит технологию загибания, и работа продолжится. Потом этим бравым работникам понадобится… ну пусть — отвертка. И все повторится вновь. И вновь, и вновь… Пока прораб не бросит все другие дела и не встанет рядом, чтоб подсказывать решение проблем в тот самый момент, как они выявляются.

К концу дня скамейки будут готовы. Одна, две или пятьдесят, но все они будут одинаковые, словно с конвейера. А рядом вырастет целая гора обрезков досок, которые никуда уже, кроме как на дрова, не пустишь. Отходы вечером увидит начальник стройки и закатит прорабу скандал. Что, ясен день, аукнется собственно виновникам "торжества". Узбекам, то есть.

Вот только не нужно говорить, будто бы они, я вообще всех жителей Средней Азии имею в виду, думать не умеют, или у них напрочь отсутствует пресловутая смекалка. Все они могут, и все у них есть. Ткни пальцем в полету материала, скажи, что треть можно украсть и продать — через час приходи за своей долей. Как вытащили, что никто не заметил, куда дели и почем продали, даже не спрашивай. Они и рады бы объяснить, да плоховато наш язык знают. На это, причем заметьте — санкционированное начальством, дело у них и мозги работают на зависть, и смекалка всплывает, как подводная лодка в степях Украины.

А вот во всем остальном, особенно в том, что касается работы — нет. И отгадка тут проста, как два пальца об асфальт. Все дело в том, что жизнь мусульманина вообще полностью регламентирована. На любой вопрос заранее есть ответ. Что когда и где одевать, где кланяться, а где должны склонить голову перед тобой. Каким тоном с кем разговаривать, где искать жену, что есть и пить. Что, где, когда, бляха от ремня, абсолютно все прописано в их святых книгах, или диктуется народной традицией. И детей они с детства учат с этим всем жить.

За нечто новое, прежде невиданное, никем из старших не деланное, они просто не возьмутся. Нет закона и традиции. Нет авторитета, кто смог бы сказать — должно быть так. Они вовсе не врут, и не шутят, когда говорят: мы умеем все, хозяин. Ты только один раз покажи… Ты, хозяин, для них в тот момент старший и авторитет. Ты должен явить внимающим новое правило, по которому они и будут жить всю оставшуюся жизнь. И если кто-то когда-то сказал, что те самые, пресловутые скамейки положено собирать с помощью сотых гвоздей, то ни один из них сто двадцатку и в руки не возьмет. Ясно?!

У нас, на одной из строек, молодой прораб с этими гастарбайтерами едва с ума не сошел. Кстати, как раз по поводу гвоздей. Собирали они простенькую деревянную опалубку. Молодой забил колышки, натянул нитку, получил заверения бригадира, что дальше они справятся и отбыл чай пить. Но ровно через пять минут вынужден был бежать обратно, потому что доски оказались на сорок, а не на привычные пятьдесят. Потом на склад за нужными гвоздями. Потом звонить в офис и требовать обрезок рельсы, потому что узбеки всегда, заметьте — всегда выпрямляли загнувшиеся гвозди на рельсе. Все. Аут. У парня чуть взрыв мозга не случился. Охрана его от растерянных рабочих оттаскивала, когда с кулаками кидать начал. А всего делов-то было, постоять пять минут возле места работ, чтоб разом решить все вопросы.