Я как-то и упустил из виду, что у Арнье могут быть родственники, семья, друзья, воспринимая его как простого служаку, работающего исключительно на благо моего Рода.

— Не удивлюсь, если и юрист окажется твоим братом или дедушкой, — пробурчал я, поднимаясь. — В общем, так… До встречи с он Фареном остаётся не так много времени, так что мне нужно привести себя в порядок. И да, я хочу знать абсолютно всё об этом так называемом Убежище.

— Тоже ещё вчера?

— А ты делаешь успехи, — невесело усмехнулся я. — Ладно, работаем!

Глава 20

Ехать в «Старый город» было решено, прихватив с собой пару парней, но вовсе не потому, что мы не были уверены в своих силах или игнорировали широкие возможности он Фарена.

Заведение, располагающееся в центре Тихомирска было одним из самых элитных, по словам Арнье, пекущихся за свою репутацию, поэтому вряд ли он Фарен решится на нашу ликвидацию именно здесь. У него есть отличный шанс решить все свои проблемы абсолютно бескровно, поэтому живые мы сейчас намного нужнее ему, нежели мёртвые.

Тихомирск смог меня удивить.

Напоминавший чем-то чешский Карловы Вары, город так же изобиловал широкими каменными улицами, раскинувшись на нескольких уровнях. Проехав по арочному мосту через неширокий водный канал, наш автомобиль свернул налево, чтобы через несколько сотен метров съехать на парковку перед означенным заведением.

Ресторация «Старый город» полностью оправдывала своё название, разместившись в огромном трёхэтажном каменном здании, украшенном барельефами с изображениями каких-то мифических зверей. Даже неискушённому в архитектуре наблюдателю было понятно, что постройка очень старая, и это можно было заметить по замшелым блокам цокольной кладки, по структуре камня, выщербленного временем, и даже по отреставрированным статуям грифонов, окаймляющих парапет по периметру крыши.

Как бы это было не одним из первых зданий в Тихомирске. Возможно именно вокруг него и возникал тот город, который мы сейчас наблюдали.

Увитое с одной стороны плющом, здание в этом месте переходило в широкую террасу. Несмотря на то, что пристройка являлась новоделом, в архитектурном ансамбле района это смотрелось гармонично.

— Добрый день, господа, — учтиво поклонился швейцар, при этом не спеша распахивать перед нами двери.

Возможно его смутил транспорт, на котором мы приехали: вместо представительского автомобиля, кричащего о достатке его владельца, мы предпочли полу бронированный «Зонал», обычно использовавшийся парнями Арнье для плановых поездок.

Арнье ограничился лишь скупым кивком и слегка приподнятой бровью, но работник «Старого Города» не зря ел свой хлеб. Намётанным глазом он сразу просёк, что Константин не относится к дворянскому сословию. А раз не относится — разговор, чувствую, будет иной.

— Господа, я прошу прощения, но заведение сегодня не принимает гостей. У нас бронь на весь зал. Готовы принять вас в любой другой день, так что прошу прощения, господа. Желаю вам хорошего дня, надеюсь вы сможете найти подходящее заведение поблизости!

И я не ошибся — от слов швейцара повеяло нотками насмешки и брезгливости, хотя кроме нашего средства передвижения, поводов для такого отношения не было. По лицу Константина было не совсем понятно, что именно он сейчас чувствует, но этот долбанный лакей не переступил грань допустимого, так что формально Арнье не к чему было придраться.

— Константин, — я дёрнул его за рукав пиджака. — Поехали в другое место. Вы только позвоните дяде Ширану, предупредите его, что здесь не пускают. Чтобы зря не ехал, — авторитетно заявил я, постаравшись изобразить детскую непосредственность.

Сначала лакей на входе снисходительно улыбался.

После упоминания Ширана — слегка напрягся. Досматривать спектр его эмоций мы не стали. Развернувшись, неторопливо пошли к машине. Мне показалось, что я наяву слышу натужный скрип шестерёнок в голове швейцара.

Многозначительное хмыканье Арнье вызвало у меня лёгкую улыбку.

— Изящно. Снимаю шляпу, — тихо произнёс он, и мы услышали за спиной торопливые шаги.

— Господа, господа! Прошу меня простить… Подождите, пожалуйста, — насмешливый тон швейцара куда-то бесследно испарился. Вместо этого появился заискивающий, немного отдающий беспокойством. — Вы сказали Ширан? Ширан он Фарен? Я правильно вас понял?

— Вы знаете моего дядю? — «обрадовался» я, видя как швейцар стремительно бледнеет.

— Я ещё раз прошу прощения, господа, — он поклонился, после чего сделал шаг в сторону. — Прошу проследовать за мной. Барон он Фарен вас ожидает.

— Ну я, право, даже не знаю, — задумался Константин, сполна вернув испуганному лакею насмешливый взгляд. Это выглядело немного мелочно, но я его где-то понимал. Никому не нравится подобное отношение.

А вот то, что он в этой ситуации повёл себя достойно, не став ругаться или опускаться до объяснений — несомненный плюс его выдержке.

Внутри ресторация понравилась мне меньше. Никогда не любил излишнее роскошество, которое, вместо подчёркивания статуса заведения, лишь кричит о полном отсутствии вкуса у дизайнера сего проекта.