Читаем Андеграунд полностью

— Девочка моя, работа не дает мне шансов на романтические отношения, — и это было чистейшей правдой. Я чувствовал, как она неосознанно в очередной раз пытается перехватить инициативу в танце и мысленно закатывая глаза, мягко возвращал главенство себе. Что ж, она не привыкла подчиняться, в ней играло пресловутое женское «я сама!» — худшая болезнь прекрасной половины человечества, в которую погружают отвратительные мужчины. Что ж, дорогая, придется переучиваться, придется.

Я снова ее перехватил и беззлобно напомнил:

— Я веду.

Витторина нервно дернула плечами. Она замирала, переставая дышать, когда я оказывался слишком близко. Мне хотелось поцеловать ее, успокоить, погладить по голове.

— Не надо, — вдруг попросила она, чуть отстраняясь. — Я не хочу быть очередной, не хочу, чтобы мне больно было.

— Прости. Я не хотел тебя обидеть и тем более причинить боль, — продолжая держать ее. Мне не хотелось с ней расставаться, не хотелось видеть ее расстроенной.

— Я не игрушка…

Я четко ощутил ее фон — тяжелый болезненный. Вита ловко вывернулась и бросив прощальные слова подружкам, поспешила покинуть спортивную площадку. Я смотрел ей вслед, обдумывая как вселить в нее чувство уверенности.

— Учти, если обидишь ее — я с тобой поквитаюсь! — сурово заявила Аня, закатывая рукава.

С трудом подавив улыбку, кивнул, принимая к сведению ее слова со всей серьезностью. Маленькая хрупкая вегетарианка, которая не могла ничего мне противопоставить…но она была тверда в своих намерениях. Эти двое готовы были друг за друга глотки перегрызть, но я до сих пор не понимал, что их объединяет, на чем держится эта крепкая женская дружба, в которую я, до определенного момента, не верил.

Но сегодня еще оставался самый главный этап — тестирование. И мне удастся еще лучше узнать Витторину Соколову. Хотя это все лажа. На днях у меня Влад поинтересовался как бы между делом, в какой момент я понял, что полюбил эту необычную девушку.

— Нет, ну вот как другу скажи, в какой момент ты понял, что любишь ее, — настаивал он, игнорируя мое молчание.

— Когда она пыталась поменять колеса на «КАМАЗе».