Читаем Андеграунд полностью

Да, во-первых, на уровне интеллектуального оформления элементарных эмоций — "еврей", то есть "чужой", "ничтожный", "жестокий". Но, во-вторых (и это главное), — я чувствовал в этих людях животный, подсознательный и поэтому абсолютный и безнадёжный страх — страх САМОЗВАНЦА. Страх разбогатевшего "трудами неправедными" беглого холопа перед нищим и ограбленным ХОЗЯИНОМ. Человеком, который знает про него ВСЁ. Вообще ВСЁ. Это было видно — сразу. И в сложившем на столе ладошки лысом подполковнике, и в принимающем экзамен пьяном профессоре, и в слесаре-сокурснике. Все они, общаясь со мной, внутри, в глубине души — понимали. Вообще мне кажется, что Казимир Малевич, рисуя треугольный и квадратный крестьянский мир, на самом деле весьма РЕАЛИСТИЧНО выразил мировосприятие крестьянина. Суть деревенской жизни — анализ и расчёт. Примитивный геометрический анализ (положение солнца, влажность почвы, цена пуда зерна) и примитивные, доведённые до автоматизма физические действия (разрыхление почвы, помол муки, продажа). Постоянная, ежедневная калькуляция — вот основа деревенской жизни, скрывающаяся за декорумом лаптей и библейских бород. А чтобы было удобнее считать (и высчитывать) — реальность "генерализируется". Дом превращается в квадрат, ёлка — в треугольник. Человек — в нехитрый геометрический узор. Геометрический узор "Галковский" таил в себе скрытую угрозу. И из него начинали вычитать другие вещи. "Галковский" минус квадрат-дом, "Галковский" минус ромб-образование, "Галковский" минус круг-жизнь.

Как соотносилось это жестокое и примитивное восприятие мира с духовной жизнью русских образованных классов до революции? В общем — никак. Каков был образ русского крестьянина в русской культуре XIX века? Это был образ русского мужика Марея, по ногтю которого полз Достоевский и обливался мазохистскими слезами: "О великий мужик Марей!" Предполагалось, что марей не выдаст, надёжа-марей страдания примет за грехи мира, за правду. А калькулятор-марей с первой подачи родственников сдал. Картина, любовно оттачиваемая русскими: задохлик-очкарик, целующий сапоги следователю, и марей, молчащий на дыбе. Но реально-то… Каков образ крестьянина в мировой культуре? Начиная с Древней Греции? От Испании и до Китая? — Трусливый, тупой и ленивый человек "себе на уме". Вот "тип крестьянина". Причём тип именно в реалистической ветви мировой культуры. И каково же поведение этого человека, столкнувшегося с обвинением в идеологическом преступлении, попавшего в подвалы оруэлловского "Минлюба"?

Там, где интеллектуал-гуманитарий, да и вообще горожанин окажет пускай слабое и даже жалкое, но сопротивление, некоторое упорство перед аппаратом идеологической ломки (просто потому, что он знает и понимает, ЧТО ЭТО ТАКОЕ и чего и зачем хотят от него), то при этих же обстоятельствах крестьянин, визжа от страха, будет делать всё что угодно, причём с внутренним, но вполне явным желанием выслужиться перед Государством и стать своим, "советским". Это вообще — крестьянин как таковой. А уж собственно русский мужик оказался просто сволочью и предателем. Это русский мужик хотел сжечь на костре русского помещика и русского писателя Бунина, это русский мужик, по словам Гиппиус, "со смехом и семьями" отрекался от христианства ещё в 17–18 году, это русский мужик, глупый и жадный, за дешёвые покупки большевиков личардой верным грабил и убивал "белых русских", русских горожан, потому что еврейские горожане пообещали ему больше (и проще — "убил и съел"). Это русский мужик сам себя разорял и обрекал на голодную смерть в период сталинских "хлебозаготовок" и коллективизации. Николаевскую железную дорогу построил граф Пётр Андреевич Клейнмихель, а русский мужик, хам-недоучка, построил дурацкий "бам". Воняющие потом деревенские мужики, кувыркающиеся в железном ведёрке "орбитальной научно-исследовательской станции "Мир" — ("Война и миръ") — вот символ дешёвого "использования" деревенской тупости и тщеславия. Это АНДЕРГРАУНД. Советскую власть придумали не в русской деревне. Наоборот, те, кто её придумал, русскую деревню презирали. Но строили советскую власть руками русского мужика, и он, науськанный, перебивший и ограбивший своих ХОЗЯЕВ, оказался глупым, голым дурачком, дурачком, которого используют "за так" — "Ты нам пуд зерна, а мы тебя сегодня бить не будем".

IV

Здесь мы и подходим к теме андерграунда, к тому, что такое андерграунд и кто же является андерграундом в структуре нашего общества.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
Бесолюди. Современные хозяева мира против России
Бесолюди. Современные хозяева мира против России

«Мы не должны упустить свой шанс. Потому что если мы проиграем, то планетарные монстры не остановятся на полпути — они пожрут всех. Договориться с вампирами нельзя. Поэтому у нас есть только одна безальтернативная возможность — быть сильными. Иначе никак».Автор книги долгое время жил, учился и работал во Франции. Получив степень доктора социальных наук Ватикана, он смог близко познакомиться с особенностями политической системы западного мира. Создать из человека нахлебника и потребителя вместо творца и созидателя — вот что стремятся сегодня сделать силы зла, которым противостоит духовно сильная Россия.Какую опасность таит один из самых закрытых орденов Ватикана «Opus Dei»? Кому выгодно оболванивание наших детей? Кто угрожает миру биологическим терроризмом? Будет ли применено климатическое оружие?Ответы на эти вопросы дают понять, какие цели преследует Запад и как очистить свой ум от насаждаемой лжи.

Александр Германович Артамонов

Публицистика
Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика