— А если я, Анна Митрофановна, вам слов нужных не подберу сейчас, завтра-то и поздно может быть? А?

— Ты мне не слова давай и даже не деньги, ты мне дело давай. Учти, мне юристы четко объяснили твою ситуацию: чтобы экстрадиция имела место, необходима классификация действий задержанного как преступления в обоих государствах. То, что ты делала здесь, это преступление и в России, и в Польше. Однозначно, как твой кумир любит говорить. И еще одно: захочешь скрыться от меня, везде найду! Даже если арестуют тебя, начнешь колоться, тебя в польской тюрьме могут несколько месяцев продержать. У меня и там связи, и там найду.

— Да я что, Анна Митрофановна, я к вам как к благодетельнице, а что имена кое-какие напомнила, так ведь и то сказать — одна надежда на вас.

— Выполнишь для меня еще одно дельце, и точно, переправлю тебя куда-нибудь на Сейшельские острова, обеспечу до глубокой старости.

— Случаю вас очень внимательно.

— Полетишь в Вену. Найдешь там нужного человека и сделаешь то, что он прикажет. Все подробности получишь сегодня вечером от Язи. Поняла?

— Как не понять? Поняла.

— Язя на словах передаст и приказ, и подробности. А со мной сама на связь не выходи. Найду тебя в Вене после выполнения задания. Будь.

Дура! Как же, Сейшельские острова. Отравит, пристрелит, задушит во время занятий сексом, утопит в унитазе, как ее проблемы неугомонного и излишне болтливого доктора Брункса, и сама за ним отправится. Тоже слишком много болтать стала: вообразила о себе невесть что. Думает, если была моим личным киллером, так это должность на всю жизнь?

Как только засветилась, пошли менты по ее следу после убийства Кантора в Томске, так и вышла за штат. Ее уже вчера надо было убрать. Да так-то экономнее выйдет: она — Брункса, а Ольга — ее. В Шварцвальде.

28 МАРТА 1997 Г. КОНЕЦ ДИМЫ ЭФЕССКОГО

С трудом припарковав машину слева от главного входа отеля «Хилтон», они вышли из машины и оказались словно бы втянуты в слегка вогнутое подбрюшье массивного многоэтажного здания.

Дима поднял голову. Слева от отеля, на фоне голубого неба, виднелась гора. Повертел головой.

— Что потерял? — спросила его Алиса.

— Акрополь.

— Первый раз всегда странно, что его не видно. Отсюда, с проспекта Королевы Софии, Акрополь практически не виден. Ну да успеешь еще насмотреться на красоты Афин. Если живы будем, все увидим.

— Откуда такой пессимизм? — жестко улыбнулся Дима.

— А вон оттуда. Видишь двух мужиков в серых плащах, вон там, справа от отеля, под деревьями.

— Ну, мужики как мужики. Только что греческие, наверное.

— То-то и оно, что не греческие. Я их знаю.

Рука Димы резко рванулась за пазуху, где уютно покоился его любимый «глок», но Алиса перехватила руку.

— Это не киллеры. И не греки. Это наши. Чистильщики Хозяйки. Они нам ничего не сделают, если свои задания мы выполним на «ять».

— Ну, в этом-то я не сомневаюсь. Раз нам тут ничто и никто не угрожает, пошли в номер.

В номере он тщательно проверил «глок», полученный от встречавшего в аэропорту агента. Успокоился. В номере, который был для них заказан, сразу же сделал рекогносцировку. Проверил лоджию, возможность спуска на нижний, в данном случае, шестой, этаж, осмотрел ванную комнату. Под ванной нашел четыре коробки патронов для «глока» и для штурмовой винтовки «М16А1». Осталось найти саму винтовку. Она оказалась под матрацем в разобранном состоянии. Собрать ее для Димы — пустяк, минута.

— А «глушняк»? — спросил он не столько у Алисы, сколько сам у себя.

— Что? — не поняла она.

— Ничего, девочка. Мои проблемы.

Еще раз тщательно обыскал комнату, но «глушняка» так и не нашел.

— Ужинать или, — посмотрел на часы, — скорее обедать будем в номере? Или съездим на экскурсию? Ты ж говоришь, что, пока мы не выполнили, но и не завалили задание, нам нечего бояться? Можем и погулять. А завтра сделаем свои дела: ты своего успокоишь, я своего. И хоть домой, хоть дальше по Европе.

— Домой нам пока нельзя. Хозяйка приказала в Европе поработать.

— Значит, поработаем. Пошли?

Город Алиса знала плохо, а ехать в машине, ориентируясь по карте, как-то тягомотно. У отеля взяли такси. Только отъехали, водитель остановился перед светофором, обернулся, улыбнувшись Алисе, протянул Диме какой-то сверток.

— Вам тут просили передать.

— Кто просил?

— Кому надо, тот и просил.

— Откуда вы знали, что мы сядем именно в вашу машину?

— А у «Хилтона» случайностей не бывает. Подают ту машину, которая заказана клиентом или на которую укажет швейцар. Его и спрашивайте, а я человек маленький.

Дима тут же развернул сверток.

Это был «глушняк».

— На словах что-нибудь просили передать?

— Только одно: вы (водитель показал пальцем на Димину грудь) должны выполнить свое поручение сегодня вечером, а вы (он показал на пышный бюст Алисы) — днем. Куда едем?

Тем временем Дима все копался в свертке, пока не обнаружил в нем, кроме глушителя к его «глоку», еще и какой-то пакетик. На ощупь с порошком.

Дима выразительно посмотрел на Алису, дал ей пощупать порошок.

— Вечно она придумает что-то, а нам разгадывай ее шарады.