Читаем Анагел мой полностью

Чужак постоял еще немного, поглядывая в ту сторону, где притаился Хэ, пожал плечами, сказав что-то негромко, и пошёл дальше. А охотник скользнул следом, ещё более настороженный. Копьё он оставил у камня, лишь вытащил из-за пояса тяжёлую увесистую дубинку, корявую, специально пропитанную кровью лося, от чего сухое дерево казалось совсем чёрным. Нырнув за очередной валун, Хэ прислушался. Было тихо, лишь кричала неподалёку какая-то не в меру горластая птица, чему охотник даже порадовался: сегодня пещеру сторожит Ма, он слышит очень хорошо, и Хэ надеялся, что Ма услышит птицу и сможет поднять тревогу.

И вдруг стало тихо. Совсем тихо. Охотник попятился, почуяв запах странного дыма, который стал ощутимее, заполз за камень. И заорал не своим голосом, когда увидел чужака, который вырос перед ним. Заорал так, что птицы в округе переполошились, заверещав на все лады. Хэ кричал, стараясь запугать незнакомца, оскалил зубы и занёс дубинку. Человек стоял напротив, даже не предпринимая никаких попыток сбежать, лишь наблюдал за Хэ, который стал подпрыгивать, размахивая дубинкой и ножом.

А потом вдруг что-то произнёс. Его голос, тихий, чуть вибрирующий, гортанный, настолько сбил с толку, что охотник замолк, ошарашенно, по инерции, продолжая размахивать дубинкой. И остановился окончательно, когда чужак широко улыбнулся и опять что-то сказал, от чего у Хэ даже как-то в сердце ёкнуло: ощущение было, что голос незнакомца вибрирует в груди. Ощущения были настолько непонятные, что охотник окончательно растерялся. Чужак подошёл ближе, и запах чего-то горелого, противного, теперь пугающе-незнакомого стал явственнее. Хэ опустил дубинку, уставившись в глаза странному человеку. Выше его на целую голову, короткие светлые волосы, широкие плечи, лицо без единого волоска, спокойные серые глаза – чужак пугал своим каким-то ненастоящим видом, разительно отличавшимся от всех тех, кого Хэ видел в своей жизни. И где-то глубоко внутри у охотника стал расползаться страх, пока ещё далёкий, неясный, из-за которого предательски дрогнули колени. Охотник поднял руку, защищаясь, но чужак не торопился нападать, так и стоял, улыбаясь.

И так же упал, с улыбкой на лице. А Хэ удивленно уставился на Ойи, который, возбужденно дыша, заносил длинную палку для следующего удара.

– Эй! – остановил его Хэ испуганно. – Чужой. Он не зверь!

Незнакомец пошевелился, медленно сжав пальцы, загребая листву. Ойи ахнул и ещё раз треснул лежащего по спине, потом по голове, и отскочил, держа палку перед собой.

– Я бил! – возбужденно сказал Ойи. – Он живой!

– Бил, – подтвердил Хэ, отступая. Чужак опять пытался встать. – Я тоже бил. Он живой.

Охотник соврал скорее с перепугу. Показаться трусом не хотелось, но Ойи не обратил на его слова никакого внимания. Вскрикнул гортанно, подпрыгнул и со всей силы ударил незнакомца по затылку, от чего тот дернулся, ударившись лицом о землю, и наконец-то затих. И закапала-потекла по шее тёмная кровь, которую земля начала жадно впитывать. Хэ так и стоял, опустив оружие, не в силах сделать и шагу. Зато Ойи ожил, деловито переворачивая чужака на спину. И остановился, вглядываясь ему в лицо. Тронул осторожно пальцем подбородок и посмотрел на Хэ:

– Чужой. Нет волос. – Сплюнул на землю и встал. – Чужой. Убить.

– Нет! – испуганно качнулся Хэ, сам не зная, почему вцепившись в сородича. – Он сильный! Они придут! Его дети!

Ойи стряхнул его руку и потянул из-за пояса нож. Хэ отступил и увидел на валуне сбоку двух детей из племени, которые тянули худые шеи, стараясь ничего не упустить из виду.

– Хо! – рявкнул охотник, сердито махнув рукой. – Хо! Эй!

Детишек как ветром сдуло. Зато появилась жена Ойи, сутулая, рослая, которая боязливо выглядывала из-за камня, одной рукой придерживая шкуру на плече, в другой сжимая короткое тонкое копьё, с длинным каменным наконечником. Хэ и на неё сердито зыркнул, но Ахая и внимания не обратила, наблюдая за своим мужчиной, который присел над чужаком, примериваясь с ножом. Тронул горло человека, откинул голову и только собрался полоснуть, как вдруг незнакомец ожил… В следующий момент Ойи отлетел в сторону, отброшенный мощным ударом в челюсть, тяжело грохнулся на камни и завопил, сжимая подбородок. Чужак сел, опираясь рукой на землю, и затряс головой, не открывая глаза.

Хэ попятился.

Ахая, которая сначала нырнула за камень, вдруг выскочила из-за укрытия, вопя что-то, и коротким, молниеносным движением метнула копьё в человека. Острый наконечник с хрустом пробил плечо прямо под ключицей, и незнакомец завалился назад, громко скрипя зубами от боли и пытаясь вытащить копьё.

– Бей! – закричала Ахая, хватая камень.

– Стой! – рявкнул Хэ.

Происходило что-то уже совсем странное. Чужак медленно поднялся, встав сначала на четвереньки, потом во весь рост. Отломил рукоять копья у плеча, сжав древко побелевшими пальцами, потом, как-то извернувшись, вытащил острие, нелепо торчавшее позади. И посмотрел на Ахаи, которая, побледнев, выронила камень.

– Стой! – гортанно повторил человек слова Хэ. – Стой…