– Нет, – отрезал Вершинин, набычившись и поиграв желваками на скулах. – Надо придумать что-то другое.

– Что? – не без язвочки в голосе спросила Эмилия.

Рудольф Залманович посмотрел на нее и ничего не ответил.

В этот день так ничего и не было придумано…

На следующий день посланная к бакалейщику Эмилия нос к носу столкнулась с судебным приставом Щелкуновым.

– Весьма рад вас видеть, – поздоровался с Эмилией Бланк судебный пристав. – Что вы здесь делаете, в этом районе города?

– Я… заходила в гости к подруге, – не моргнув глазом, соврала Эмилия. – А вы?

– Я по делу… – ответил Владислав Сергеевич, не собираясь вдаваться в подробности. – Как поживает Рудольф Залманович?

– Не знаю, – личико Эмилии Бланк сделалось печальным. – Мы ведь с ним расстались…

– Гм… – только и нашелся что ответить Щелкунов.

Возникла неловкая пауза. Эмилия ждала, что мужчина начнет что-то предпринимать, захочет произвести впечатление, станет куда-то приглашать… Она ведь помнила, какими глазами судебный пристав смотрел на нее, когда приходил в их квартиру на Ильинке и не застал Вершинина дома. Почему он сейчас молчит и не проявляет инициативы, чтобы их знакомство получило приятное для обоих продолжение?

– Ну, я пойду? – неуверенно произнесла Эмилия тоном нищенки, просящей на паперти милостыню. Она рассчитывала, что теперь-то судебный пристав как-то среагирует на ее покорный тон, поскольку понял, что у нее можно не только просить, но и требовать. После чего предпримет некоторые решительные шаги и предложит пойти в кондитерскую откушать горячего шоколаду или позовет на ужин в ресторан. С прицелом на то, чтобы потом их встреча переросла в ночное рандеву и утреннее пробуждение, констатирующее факт, что между ними произошло то, что разом сближает мужчину и женщину, дает основания обращаться друг к другу «ты». На худой конец он мог бы назначить встречу на ближайший выходной. Однако Владислав Сергеевич молчал. Возможно, он не был готов к продолжению знакомства или ему недоставало решимости…

Так или иначе, судебный пристав Щелкунов мягко улыбнулся и произнес:

– Конечно, конечно…

Эмилия покорно кивнула и пошла в сторону бакалейной лавки. Уже открывая дверь лавки, она оглянулась: судебный пристав стоял и смотрел ей вслед. На его лице читалось сожаление. Очевидно, в эту минуту он корил себя за то, что позволил девушке уйти, хотя у него имелись все основания завязать с ней романтические отношения, которые в скором времени могли перерасти в свидания, приносящие приятные минуты…

И вот теперь она ушла. Владислав Сергеевич еще постоял, покуда за Эмилией Бланк не закрылась дверь лавки, после чего вздохнул и пошел по своим служебным надобностям…

* * *

– А он, надо признать, такой душка… хотя и робкий, как юноша, чего по нему никак не скажешь… Стоял как истукан. Ничего не предложил, никуда не позвал, хотя и имел таковое желание, я же видела… – такими словами закончила свой рассказ о встрече с судебным приставом Щелкуновым Эмилия Бланк. Сказала и тотчас прикусила губку, испугавшись и коря себя за несдержанность языка, искоса поглядывая на Вершинина. Однако Рудольф Залманович не стал в ярости размахивать кулаками и ругаться площадной бранью, как того ожидала Эмилия, и отнесся к ее рассказу неожиданно благосклонно.

– Говоришь, душка? – в задумчивости произнес он. – Сказал, что рад тебя видеть?

– Сказал, – кивнула Эмилия, еще не понимая, куда клонит обанкротившийся комиссионер.

– А ты, стало быть, сказала, что заходила к подруге и что мы с тобой расстались… – глядя в какую-то одному ему видимую точку промолвил Вершинин.

– Все так, – ответила Эмилия.

– А кто кого бросил, ты не сказала? – усмехнулся Рудольф Залманович, похоже, решив что-то для себя.

– Ты это к чему? – по-прежнему не понимая, куда клонит Вершинин, посмотрела на него Эмилия.

– К тому, что мы используем эту ситуацию… Я имею в виду то, что мы с тобой расстались, – пояснил Рудольф Залманович. – И используем в нашу пользу… – Вершинин помолчал, явно что-то обдумывая. – Так говоришь, он глаз с тебя не сводил?

– Так и было. Я ему определенно нравлюсь, – уже без всяческой опаски рассердить любовника произнесла Эмилия.

– Это хорошо, – констатировал Рудольф Вершинин. – Пришла пора оставить все наши невзгоды позади и зажить так, как нам того хочется.

– Ты готов совершить… большое дело? – посмотрела прямо в глаза Вершинину Эмилия.

– Готов, – ответил он без тени раздумий, поскольку с растратой последних денег, принадлежащих комиссионерской конторе первого разряда «Гермес», испустили дух последние остатки его понятий о добре и зле. – Я все основательно продумал…

– А полицейские… – осторожно поинтересовалась Эмилия. – Они нас не найдут?

– Не найдут, будь уверена, – промолвил Вершинин. – Оставим полицейских в дураках… – добавил Рудольф Залманович в крайней взволнованности. – Мы всех оставим в дураках… – Он немного помолчал, одолевая свою возбужденность, потом всем корпусом повернулся к Эмилии: – Послушай, что ты должна будешь сделать…

Глава 12

Любопытная находка